В зале напряжения, где реальность тонким полупрозрачным занавесом переплетается с призрачными перспективами угроз, эти парни дышат незримой силой. Их маскировочные операции скользят между миром и нечистью, когда еще нет официального оправдания для вмешательства. Капитан Волин приоткрывает глаза — тьма укутала грузовой отсек, лишь хвостовая часть освещена робким красноватым светом....
После сауны диверсантам вместо их лохмотьев дали по паре белоснежных хлопчатобумажных шаровар и по такой же рубахе, на ноги по паре пробковых сандалий. Надевая на себя широкие штаны, мичман Лебедев погладил гладкую ткань шершавой ладонью и, подмигнув Ковалеву, серьезно сказал:
— При таком климате токо в кальсонах и ходить.
Диверсанты рассмеялись, за эти долгие, бесконечно
долгие месяцы, пожалуй, только Лебедев не потерял чувство юмора. И только он поддерживал боевой дух группы, когда после четырех безуспешных попыток пробиться на север группе пришлось уходить на юг.
Волина вызвали к военному атташе, а для группы в комнате отдыха накрывали стол.
Кабинет атташе был небольшим, обставлен недорогой, но добротной мебелью, единственное окно выходило на внутренний дворик посольства.
— Как я понял, вы старший группы?
— Да.
— Тогда у меня к вам такая просьба, — голос был негромкий, спокойный, усыпляющий. — Возьмите лист бумаги и напишите, — атташе указал на край стола, где лежали бумага лист и шариковая ручка.
— Да, конечно.
— Пишите. Не буду вам мешать, — полковник погрузился в чтение местной газеты.
Игорь сел на мягкий стул, взял в руку шариковую ручку. За последние месяцы пальцы его отвыкли от такого предмета, привыкнув к рукоятке ножа или автомата. Но все же он, как первоклассник, старательно выводил сперва кодовый номер операции, потом свое звание, фамилию, имя, отчество.
— Готово, — произнес Волин, протягивая лист атташе.
Тот взглянул, прочел написанное и одобрительно кивнул.
— Вполне достаточно. Отдыхайте, капитан.
Он, видимо, нажал какую-то незаметную кнопку, дверь отворилась, и и кабинет вошел молодой человек, одетый, несмотря на жару, в строгий черный костюм, белую рубашку и черный галстук.
