Здравствуй, Алеутщина! Я на мгновение замер, ступив на берег, словно оценивая мощь и величие этой земли. Она дрогнула под моим шагом, как бы приветствуя правителя по-настоящему, не просто символически. Это чувство владения и ответственности за такую широкую землю стало для меня неоценимым приключением....
Похоже, «Дядя самых честных правил 11» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И я сам себе, как только что Кижу, приказал — ждать! Ждать и быть настороже.
* * *Ночь упала на Калифорщину. Одеялом темноты укрывая далёкие горы, океан и острог. Исчезли во мраке стены и бастионы крепости, а голоса солдат и опричников поглотила густая тишина. Звёзды рассыпались по небу, глядя на землю многоглазым титаном Аргусом."
"Я сидел на крыше арсенала, слушая «ловчую сеть», и пил чай. Комендант острога, милейший Сидор Петрович, сам принёс самовар с бубликами и составил мне компанию.
— Очень уж мне здесь нравится, Константин Платонович, — делился старый вояка, прихлёбывая чай.
Слушая коменданта, я вдруг понял, что не чувствую ловчую сеть на самой границе. Словно самый её край «онемел» и не отвечал сигнальным нитям.
Будто обухом по голове меня ударило понимание: я не чувствую «сеть», потому что у меня её уже нет! Через границу медленно и неотвратимо катилась стена тумана. Непрозрачная для моего взгляда, она растворяла «ловчую сеть», словно горячий чай сахарную вату.
— Сидор Петрович, — я обернулся к коменданту, — будьте добры, пошлите человека в телеграфную. Чувствую, сейчас придут неприятные новости.
Но я опоздал с распоряжением. На лестнице послышались торопливые шаги, и на крышу вбежал опричник.
— Ваша светлость! Авиаразведка докладывает: испанские полки подняты и выдвигаются в сторону границы!
Началось!
Глава 36
Стена и звезда
Туманная «стена» медленно катилась в сторону острога, похожая на песчаный самум в пустыне. И где-то там, прячась за ней, двигались испанские войска. Пять полков пехоты, сводная артиллерийская батарея из тридцати орудий и главная ударная сила.
Без сомнения, это были сильные колдуны и выдающиеся Таланты. За тот же секрет маскирующей «стены» я без торга выложил бы сто тысяч золотом, но, увы, такие фамильные заклинания не продают посторонним. Впрочем, у меня тоже будет чем удивить этих синьоров. И Нервный принц, и Последний довод лежали у меня под рукой, собранные и заряженные эфиром под завязку.
