Здравствуй, Алеутщина! Я на мгновение замер, ступив на берег, словно оценивая мощь и величие этой земли. Она дрогнула под моим шагом, как бы приветствуя правителя по-настоящему, не просто символически. Это чувство владения и ответственности за такую широкую землю стало для меня неоценимым приключением....
Похоже, «Дядя самых честных правил 11» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Закончив построение, я устроился на тёплом камне и принялся ждать. «Ловчую сеть» решил не плести — гранд уже близко, а запас «пряжи» лучше поберечь перед схваткой. Кстати, и без неё уже чувствовалось приближение разбуженного Таланта.
* * *Я ошибся, причём существенно. Слишком разреженная «сеть» занизила оценку противника больше чем в два раза. Когда из-за поворота дороги выползла колонна в испанских красных мундирах, мне захотелось выругаться. Солдат было не меньше сотни, и все вооружены «огнебоями», а не пороховыми ружьями, как принято в колониях.
С грандом тоже вышла промашка. Их оказалось двое! Вот почему сеть показывала «один» Талант так странно. Надо учесть свой промах на будущее и плести сеть гуще, если хватает сил. Или делать поправку, умножая все цифры на два.
Оба мага ехали впереди колонны на механических лошадях. Слева, ближе ко мне, суровый усатый дядька в дорожном костюме, похожим на военный мундир. Со шпагой и «громобоями» на поясе, прикрытый взведённым магическим щитом.
Второй гранд был его полной противоположностью. Моложе лет на десять, в неуместно дорогом камзоле, рубашке с кружевными манжетами, щегольской шляпе с пером. Он будто ехал в модный салон, а не на территорию к противнику. На лице расфуфыренного гранда застыло надменно-скучающее выражение, он непрерывно обмахивался платком и всем видом выражал недовольство.
А вот Талант у модника был раза в три мощнее, чем у хмурого дядьки. Но первый гранд показался опаснее — на мой взгляд, опыт важнее грубой силы. Подловить ветерана гораздо сложнее, а в драке он будет действовать эффективнее.
— Alto!
Усатый дёрнул поводья и вскинул руку, приказывая остановиться. Офицер, безусый юнец, ломающимся голосом повторил команду, и колонна стрелков замерла в клубах оседающей пыли.
Испанский я не учил целенаправленно. Где я — и где Испания? Но долгое время, проведённое с Диего, дало о себе знать — мне было понятно, о чём говорят гранды.
— Что такое, Сантьяго? — капризно спросил щёголь и скорчил недовольную мину. — Тебе опять мерещатся в кустах русские?
— Мне не нравится это место. — Взгляд усатого стал ещё суровее, а вокруг он осматривался с ещё большим подозрением.
— Хватит уже! — Щёголь сложил платок и жеманным жестом промокнул лоб.
