Возвращение было тяжелым процессом, но когда Конгрегации вновь обрело осязаемость, стало ясно, что мир вокруг изменился. Отчетливая картинка привязала его к реальности, и он начал осознавать, какую пустоту причинил себе самолюбие и зависть.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Без small wand’а, пальцем, не глядя, напряжением всех сил стягивая на себя окружающий эфир — это, знаете ли, как стоять на голове в муравейнике. Одна ошибка, и от меня останется один лыбящийся скелет.
— Аррх!
Одним глазом я всё же приглядывал за Диего. Не сумев отмахаться от моих огненных «комаров», испанка резко кувыркнулась через спину, пытаясь уйти от жалящих Знаков. Ей это почти удалось — несколько штук отстали, и Диего развеяла их банальным всполохом. Торжествующе захохотав, она повторила приём.
Пока испанка так каталась по поляне, пыхая магией, я дорисовал связку и на последнем рывке активировал.
Использованный мной набор Знаков не предназначен для живых объектов. Его используют для снятия заклинаний и грязного эфира с крупных предметов, мебели, стен и прочего подобного, когда подозревали в скрытой наведённой порче. Но я был почти уверен — с «заморозкой» эта штука тоже справится.
— El dumbass mas grande en el mundo!
Удар сапогом под рёбра я почувствовал как слабый толчок. Диего разделалась с моими Знаками и пришла довести до конца начатое. Бестолку — сейчас я мог думать только об огне, полыхающем внутри. Конечно, риск, что она меня убьёт, был, но я сделал ставку на то, что испанка всё же постарается довести до конца ритуал и вытащить из меня Талант для своих целей.
— Думаешь, это бы тебя спасло? Come mierda!
Она ещё несколько раз стукнула меня ногой.
— Ничего, сейчас я разберусь с тобой, Констан. Сейчас.
Сильным ударом она врезала мне каблуком сапога по руке. К счастью, не сломала пальцы, а только вбила их в мягкую землю.
Я застонал, дёрнув головой из стороны в сторону. Испанка ухмыльнулась, принимая мою боль от заклятья на свой счёт.
— Вот и всё, дурак. Кончилось твоё время.
Заново проведя начало ритуала, Диего встала у меня в изголовье и принялась нараспев читать на латинском.
— Ameno omenare imperavi ameno!
Пентаграмма вспыхнула жёлтым светом.
— Ameno ameno lantire lantiremo dori me!
Эфир в воздухе сгустился и задрожал.
— Dori me interimo adapare dori me!
Знаки, нарисованные на концах лучей звезды, загудели, включаясь и готовясь разорвать меня изнутри.
— In nomine Spiritus Sancti.
