В бальный зале идет тихая суета перед вечером, когда звуки флейт и свирели нарастают в атмосферу праздника. Марья Алексевна замечает ваше беспокойство: Княгиня жалуется усталости от светских игр. Вы согласны с ней, хотя танец с Лариной — это шанс показать себя в лучшем свете....
Похоже, «Дядя самых честных правил 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Хорошо, — она вздохнула с сожалением, — а так хочется его пощупать.
— Тогда повтори последнее упражнение. И не напрягайся так на вдохе, будто собираешься лопнуть…
* * *Нашего возвращения в усадьбу с нетерпением ждали.
— Константин Платонович! Как я рад вас видеть! Только узнал, что вы вернулись, так сразу к вам.
Добрятников обнял меня по-дружески и кивнул на Ксюшку.
— Простите, но снова перекладываю на вас заботу о своей дочери.
— Ксения, опять? — я вопросительно поднял бровь. — Как в прошлый раз?
— Нет-нет, что вы, — заступился за рыжее чудо отец, — она старалась, даже больше, чем я рассчитывал.
Девочка бросила на меня жалостливый взгляд. А Мурзилка, сидевший у её ног, только презрительно фыркнул. В наш курятник он не ходил никогда, предпочитая питаться от щедрот ключницы и повара, а вот чужих птиц принципиально терпеть не мог. Но не охотился, как обыкновенные коты, а действовал изощрённо: приходил в курятник, садился в центре и выбирал жертву, на которую пристально смотрел.
— Пётр Петрович, я компенсирую потерю ваших бедных кур.
— Господь с вами! Это всё мелочи и ерунда. А вот смотреть, как ваш тигр их изводит, — просто мурашки по коже. Слуги на ночь запираться стали, чтобы он к ним случайно не зашёл.
Я пообещал, что больше не позволю Ксении возить с собой кота. Куры курами, а доводить семейство Добрятниковых до нервного срыва в планы не входило.
Кстати, Мурзилка отнёсся к возвращению моего Таланта со всем вниманием. Подошёл, обнюхал меня, потёрся о ногу и стал проситься на руки. Пришлось взять заразу эдакую. А ведь весу в нём, пожалуй, почти пуд будет. Если и меньше, то не слишком сильно. Это уже не Мурзилка, а целый Мурза получается.
* * *Добрятников пробыл у нас до вечера.
— Помяните моё слово, Константин Платонович, добром это царствование не кончится.
— Почему вы так думаете, Пётр Петрович?
— Вы помните времена Бирона? Ах да, вы слишком молоды для этого. А я прекрасно помню. Так вот что вам скажу: Бирон не был таким страшным мздоимцем и деспотом. Вполне толковый человек, получше многих наших царедворцев.
