В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дядя самых честных правил 6»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В альтернативном XVIII веке магия и технология переплетены воедино. Дворянство правит благодаря магическому Таланту, опричники служат князьям, а орки работают крепостными. Кареты движут магомеханические лошади, колдуны создают пушки, масоны занимаются генетикой. На фоне грядущих перемен...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Дядя самых честных правил 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— За кого вы меня принимаете? Вы и так сделали для моих дочерей столько, что я вам по гроб жизни обязан.
Он лукаво посмотрел на меня.
— Видит бог, деньги в нашей семье не задерживаются ни на секунду, но я не стану брать у вас и рубля. Нет-нет, даже не уговаривайте, ни копейки! Но если позволите, я попрошу вас, Константин Платонович, об ответном одолжении.
Ты смотри, какой жук! Как бы его просьба не оказалась дороже той суммы, которую я рассчитывал потратить на это дело. Впрочем, всегда можно переиграть и выбрать кого-нибудь посговорчивей.
— Слушаю вас, Фёдор Апполинарьевич.
— Голубчик! Константин Платонович, дорогой вы мой! — Ларин всплеснул руками. — Не смотрите на меня так. Поверьте, моя просьба не окажется вам в тягость.
Я недоверчиво хмыкнул.
— Мы хоть и живём в медвежьем углу, но про вас весьма наслышаны. Да и старые знакомства у меня в войсках ещё остались. Аристарх Семёнович о вас отзывался исключительно в превосходных выражениях.
— Аристарх Семёнович? Полковник от артиллерии?
Ларин кивнул, и я улыбнулся, вспомнив старого вояку. Помню-помню, как он по-отечески принял меня в шуваловской артиллерийской бригаде под Петербургом. Как возился со мной и объяснял некоторые армейские хитрости. А шпага, которую он подарил, со мной до сих пор.
— Меня, знаете ли, Талантом бог не наградил, — продолжал между тем Ларин, — а из всех детей только старшему сыну повезло родиться сопричастным магии. Только он служит, дома почти не бывает, а в соседях у нас те ещё хищники.
Он обвёл рукой вокруг.
— Со всех сторон негодяи. Так и норовят наш лес вырубить да кусок земли присвоить. Пришлось даже на старости лет деланную магию осваивать. Хоть какое, да средство против них.
Подавшись вперёд, Ларин пристально заглянул мне в глаза.
— А вы, Константин Платонович, большой знаток этого искусства, не то что я.
— И чего же вы хотите, Фёдор Апполинарьевич? Чтобы я вас учил?
Старик рассмеялся.
— Что вы, Константин Платонович. Поздно мне уже, старого пса новым трюкам не научишь. О другом хочу попросить. — Он посерьёзнел и даже напустил на себя немного торжественности. — Коли вашу Татьяну мы в семью примем, ды вы нам родственником, может, станете, то возьмите нас под свою руку и защиту. Младшим родом под вашим началом.
— Вы меня ни с кем не путаете, Фёдор Апполинарьевич? Я не Голицын, не Шереметев, и к роду князей Урусовых отношения не имею.
— Будет вам скромничать, Константин Платонович, — старик Ларин хитро прищурился. — Тайная канцелярия вас за своего держит, Голицыным и Шереметевым спуску не даёте, чин полковника за полгода выслужили. Разбойников Еропкиных играючи приструнили. Разве не так? Вы — сила, Константин Платонович, и немалая. Нашей семье к такой силе прислониться большая удача.
