В альтернативной России XVIII века, где магия и технология переплетаются, а общество строится на магических талантах и крепостничестве, разворачивается история противостояния между традиционным порядком и силами перемен. Герои должны найти свое место в мире, где власть князей и масонов...
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Развернувшись на каблуках, я широкими шагами двинулся через луг. Когда Шешковский сообразил, куда именно я иду, то кинулся вслед за мной с криком:
— Константин Платонович, даже не думайте! Брать мёртвых на службу никак не возможно!
Но я не обратил на его слова внимания. Склонился над Чагиным и потянулся к нему Талантом. Вставай, падаль! Нечего разлёживаться, я ведь вижу, что душа не ушла и бродит, неприкаянная, рядом.
То ли от злости, то ли сам Чагин так сильно хотел вернуться к жизни, но процесс воскрешения покойника занял всего несколько минут. Мертвец заворочался, перевернулся на спину и открыл глаза.
— Готов служить, господин.
— Вот вам исполняющий обязанности, — сказал я Шешковскому, — как заказывали.
Тот вздохнул и приказал Чагину встать.
— Слушай меня внимательно…
* * *Я не стал заставлять Шешковского возвращаться в Муром с Чагиным и Чулковой и дождался, пока он закончит их инструктировать. Было заметно, что он сам их терпеть не может и занимается этим делом только из крайней необходимости.
Половину обратной дороги Шешковский молчал, глядя в окно и раздумывая о чём-то. Но когда мы въехали в Муром, я прервал его размышления.
— Я начинаю строить служебную ветку эфирной дороги из Злобино в Москву. Будьте добры, Степан Иванович, пришлите человека, кто сможет уладить вопросы с землёй.
Шешковский грустно улыбнулся.
— Вы зря на меня злились, Константин Платонович. Я ни в коем случае не желаю с вами ссориться. Поверьте, Злодейный приказ вызывает у меня точно такие же чувства.
— А вы не угрожайте мне должностью, Степан Иванович. Вы же знаете, как я этого не люблю
— Обещаю, больше не стану.
Я протянул ему ладонь, и мы пожали друг другу руки.
Глава 29
Должность и срок
В Муроме я задерживаться не стал. И на следующий же день в компании Марьи Алексевны, девушек и Ксюшки выехал в Злобино. Кижу я дал пару деньков погулять в городе, всё равно дел для него сейчас нет.
Дормез мягко покачивался, за окном тянулись берёзы, облитые золотом, Марья Алексевна, сидевшая напротив, дремала, уронив на колени руки с вязанием. А у меня мысли гуляли где-то далеко: в голове я уже строил эфирную дорогу к Петербургу, прикидывал, какие вокзалы надо закладывать и где их ставить. Ну и вынашивал кой-какие планы насчёт Алеутского княжества. В записной книжке были набросаны инструкции для Камбова, оставалось только расписать их в нужном порядке и выдать перед отправкой. Да, ещё флот кораблей надо бы немного увеличить, чтобы наладить торговлю Алеутщины с Катаем.
