В зале стояла непривычная дружелюбная атмосфера. Пансов подносил бутылку на центр стола, Киж тихо уходил, а трое заговорщиков продолжали переговариваться. Только третий, изрядно хмыкнув, повел себя иначе — он требовал, чтобы его заставили выпить.
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я с Таней, Кулибин со своими подмастерьями, мои «деланные инженеры» и целая толпа рабочих, набранных из крестьян. Вся эта братия дружно грузилась в два пассажирских вагона, прицепленных к первому серийному локомотиву. За ними стояли ещё три платформы со странной «дорожной» техникой.
— Дядя Костя! Дядя Костя! Мы с вами!"
"Я обернулся на крик. По платформе ко мне семенила Ксюшка в обнимку с Мурзилкой. Он висел у неё на руках с усталым недовольством на морде. Снег и зимние прогулки кот не одобрял, предпочитая холода проводить в особняке, лёжа где-нибудь у камина или на кухне возле печки.
— Константин Платонович, не возражаете, если мы присоединимся к вам?
— Садитесь в первый вагон, — я улыбнулся, — отправляемся через две минуты.
Кулибин не мог отказать себе в удовольствии лично повести поезд. Управлять техникой он любил едва ли не больше, чем её создавать. С помощником, будущим машинистом, он запрыгнул на подножку локомотива и полез в кабину. И почти сразу над перроном раздался протяжный гудок — сигнал об отправлении.
Ксюшка прилипла к окну, разглядывая проплывающую мимо берёзовую рощу, засыпанную снегом.
— Дядя Костя, а быстрее можно? Чего мы ползём, как улитка?
— Пока нельзя.
Всего десять минут малым ходом, и поезд добрался до конца построенной ветки. Засвистел эфирными «тормозами» и с лёгким толчком остановился.
— И это всё⁈ — Ксюшка обернулась ко мне. — Мы же кататься ехали!
— Мы ехали строить эфирную дорогу. Кто тебе про катание сказал?
Она недовольно засопела.
— А когда обратно?
— Вечером.
Она надулась ещё больше.
— Вы, значит, работать будете, а мне скучать? Давайте вы меня обратно отвезёте.
Мурзилка насмешливо фыркнул. Уж ему-то скучно в тёплом вагоне не будет — завалится спать и все дела.
— Нет, деточка, придётся тебе здесь побыть до конца. В следующий раз будешь спрашивать, для этого человеку и дан язык.
