В зале стояла непривычная дружелюбная атмосфера. Пансов подносил бутылку на центр стола, Киж тихо уходил, а трое заговорщиков продолжали переговариваться. Только третий, изрядно хмыкнув, повел себя иначе — он требовал, чтобы его заставили выпить.
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Но я недостаточно хорошая партия для светлейшего князя? Ты это хочешь сказать?
Мы встретились взглядами. Она смотрела на меня с усмешкой, стараясь скрыть внутреннее напряжение.
— Скорее, это я для тебя мезальянс, — я ответил ей насмешливым тоном. — Дочери императриц не выходят за свежевыделанных князей с нищими владениями на краю мира.
Таня рассмеялась.
— Мы стоим друг друга, князь. Моё происхождение против твоего «нищего» княжества. Так что же, ты хочешь сделать мне предложение?
— Сначала ты должна кое-что узнать.
— Об этом сложно забыть.
— А у некромантов не может быть детей. Никогда. Ни при каких условиях.
Между нами повисла пауза. Я молчал, давая ей время обдумать услышанное. А она качала ногой и вглядывалась мне в лицо.
— Это причина, почему ты не хочешь жениться?
— Это причина, почему я не прошу тебя выйти за меня. Я же знаю, как ты любишь детей и хотела бы иметь своих.
— Откровенность за откровенность, Костя, — Таня прищурилась. — Ты думаешь, мама не сказала мне про твоё обещание? Я знала про него раньше, чем ты дал слово.
Она облизала губы, не отводя взгляда.
— С первого же момента, как я тебя увидела, ты стал для меня идеалом. Мужчиной, самым лучшим на свете. Рядом с которым я хотела быть рядом, даже обычной служанкой. Я упросила Настасью Филипповну взять меня в усадьбу, я пришла к тебе в спальню, и ты сделал меня счастливой. Учила магию, чтобы стать к тебе ближе. Хотела бежать следом, когда тебя увезли в Петербург в первый раз, и только Настасья Филипповна меня удержала.
Она рассмеялась.
— Марья Алексевна предупредила меня о ней ещё год назад, когда прознала, что я ночую у тебя.
Да ёшки-матрёшки! Чтоб этим старым колдунам пусто было! Все обо мне всё знали и упорно молчали, будто так и надо.
— Я не собираюсь замуж ни за кого другого. Достаточно того, что ты будешь рядом, как учитель, любовник или просто друг.
Отбросив одеяло, Таня встала и подошла ко мне, совершенно не стесняясь наготы. Склонилась, заглянув в глаза, и тихо сказала:
— Я была достаточно откровенна? А вот ты недоговариваешь. Ты не просто дал слово. Мама наложила на тебя заклятие принуждения. Я чувствую, как оно давит на тебя, требует выдать меня замуж.
— Оно не имеет значения.
