В зале стояла непривычная дружелюбная атмосфера. Пансов подносил бутылку на центр стола, Киж тихо уходил, а трое заговорщиков продолжали переговариваться. Только третий, изрядно хмыкнув, повел себя иначе — он требовал, чтобы его заставили выпить.
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ну что за детство может быть во дворце? Видел я, в какой обстановке его воспитывали — ненужный, по сути, ни отцу, ни матери, отданный во власть строгих воспитателей, типа того же Панина. Нет, учили его хорошо, но вот ласки и заботы он не видел совершенно. И я хотел дать ему глотнуть настоящего детства и ощущения семьи. Вот в этом должны были помочь Таня с княгиней. Ну и Ксюшка, естественно.
Сумерки зимой наступают рано. Так что воспитатели наследника вошли в мой кабинет, когда за окном уже плескалась темнота. Марью Алексевну и Таню я отпустил: чтобы избавиться от троицы учителей, их помощь не требовалась.
— Добрый фечер, Фаша Сфетлость, — пруссак-цверг поклонился. — У меня для фас письмо от Её Феличестфа.
Он подошёл и протянул конверт, запечатанный сургучной печатью. Пока я читал короткое письмо от Екатерины, вся троица буравила меня взглядами. Сесть я им не предлагал, и они топтались на месте с постными лицами.
Екатерина не стала утруждать себя и поручила отписаться мне одному из своих секретарей.
— Вас должно быть четверо, — я поднял на них взгляд, оторвавшись от письма, — а вижу только троих.
Цверг скривил губы и недовольно ответил:
— Сударь Порошин задержался в Москфа.
— Ах вот оно что…
Я кивнул и вернулся к письму. Как же, помню этого Порошина, его приставили к Павлу ещё до коронации Екатерины. Вроде бы дельный человек, разбирающийся в точных науках. Да и сейчас он озаботился покупкой книг для занятий, как и положено хорошему наставнику.
Так, что ещё пишут интересного? Приказ, что должно проявить осторожность в магическом искусстве, дабы не нанести случайный вред. И всякие «ценные» указания, до которых я сам никак бы не додумался, и список предметов, которым надо уделять внимание.
— Что же, благодарю, что сопроводили Павла Петровича, скрасив ему дорогу, — я радушно улыбнулся троице воспитателей.
