В зале стояла непривычная дружелюбная атмосфера. Пансов подносил бутылку на центр стола, Киж тихо уходил, а трое заговорщиков продолжали переговариваться. Только третий, изрядно хмыкнув, повел себя иначе — он требовал, чтобы его заставили выпить.
Похоже, «Дядя самых честных правил 8» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пройдёмте, Калиста Михайловна, закончим прямо сейчас.
— Что⁈
В глазах старухи плеснулся страх, когда Анубис обхватил её невидимыми щупальцами.
— Оставь меня! — она надрывно закричала. — Оставь! Мне обещали…
Закрыв глаза, я «дёрнул» её со всей силой.
— Нет! Она обещала мне! Я буду жить вечно! Я…
Анубис сжал её в объятьях, как страстный любовник новую пассию. Словно гнилой зуб, мы с Талантом выдрали дух старухи из тела и шагнули за грань с ценной ношей.
* * *Как и было обещано, никаких проблем не возникло. Мгновение — и я вновь оказался на поле, окружённый плотным туманом.
Душа старухи оказалась чёрной, как ночь, и липкой, будто обмазанная густой смолой. Прикасаться к ней было противно, и я сразу же бросил её на ломкую сухую траву. Она заскулила и принялась барахтаться на земле огромным жуком, пытаясь подняться на ноги.
— Ты пожалеешь, некрот! Пожалеешь! Госпожа достанет тебя! Будешь вечно умирать на её жертвеннике!"
"— Замолчи, глупая.
На этот раз ждать не пришлось. Хозяйка сразу появилась из тумана и забрала у меня добычу.
— Замечательно! — Хозяйка кивнула, довольно улыбаясь. — Ты отлично поработал. А теперь возвращайся обратно, там у тебя могут возникнуть некоторые проблемы.
Ничего не объясняя, она развернулась и повела в туман тёмную душу. Но прежде чем исчезнуть, обернулась:
— О награде не беспокойся, ты получишь её полной мерой. И ещё я дам небольшую премию: сегодня Скудельница не будет для тебя ничего стоить.
Она подмигнула и исчезла, а я зажмурился и вывалился обратно в привычный мир.
* * *Мёртвая старуха, скрюченная, лежала на постели. Тощие ноги, покрытые тёмными пятнами, торчали из-под ночной рубашки, а руки в последнем усилии держали скомканное одеяло.
Бубух!
Пол под ногами затрясся, а с потолка посыпалась побелка. За дверью послышался шум и глухие удары.
— Константин Платонович! — ко мне подскочила девица Еропкина и принялась дёргать за руку.
Я тряхнул головой и встал с кресла, усилием прогоняя туман из головы. За стеной загрохотало, будто кто-то уронил шкаф с посудой. На дверь обрушились тяжёлые пинки, девица пискнула и спряталась за меня. А я почувствовал удушливый запах псины, слишком резкий, чтобы быть настоящим.
Створки дверей не выдержали и разломились, засыпая пол щепками. Послышался рык, и в комнату вступил человек.
