Так что я представлял ценность подарка Голицыных: постройка нового фрегата на европейских верфях стоит в серебряных рублях от пятидесяти до семидесяти тысяч. А найм команды, припасы и все прочие траты тянут ещё тысяч на пять. Смело можно сказать, что Софья с Николаем не поскупились, желая сделать мне приятное. Так что в ответном письме я от всей души рассыпался в благодарностях, заверениях в искренней дружбе и обещал помочь, если в этом будет нужда.
С Третьяковым я тоже переговорил, но чуть-чуть на другую тему. Раз уж он разбирается в кораблях, не смог бы он подыскать ещё несколько фрегатов для меня? Пока эфирная дорога на Дальний Восток будет строиться, мне понадобится свой маленький флот, чтобы доставлять людей в Алеутское княжество.
Купец не стал отказываться от предложения, запросив вполне разумные комиссионные за работу. С экипажами он тоже обещал подсобить, ссылаясь на свои знакомства и связи Голицыных в Адмиралтейств-коллегии.
Естественно, полагаться на Третьякова без проверки я не собирался. Так что в Петербург вместе с ним поехал Камбов. Нет, опричник не был морским волком, но утверждал, что у него есть друзья, кто поможет оценить уже имеющиеся и предложенные к покупке корабли. Я не сомневался, что всё будет сделано как надо — самому же Камбову и плыть со своими людьми на этих кораблях.
* * *Едва Третьяков с Камбовым уехали, пришло время и мне с домашними отправляться в Муром на осенний дворянский бал. Разместились мы, как всегда, в особняке Марьи Алексевны: княгиня считала, что раз она живёт в Злобино, то и я должен без зазрения совести пользоваться её муромским жилищем. И хоть мне не нравилось каждый раз вводить её в траты, спорить с Марьей Алексевной было опасно — с неё станется просто подарить мне этот особняк.
Пока княгиня с девушками занималась последними приготовлениями, у меня возникло неотложное дело. Демидов тоже прибыл в Муром и прислал записку с предложением срочно встретиться. Я только улыбнулся: кажется, он разглядел перспективы моего предложения и пытается закрепить наше партнёрство. Демидов ведь не единственный промышленник в России, и я легко могу найти другого компаньона.
Встречу он назначил в ресторации, где я встречался в своё время с Шереметевым. Тогда чуть не дошло до магической драки, но, к счастью, нас разняла Марья Алексевна. Сейчас же ожидались «мирные» переговоры со спорами по финансовым вопросам. Может статься, что они выйдут жарче, чем прошлая встреча.
Едва я вышел из кареты и оказался у входа, ко мне выбежал хозяин заведения. Круглый, как колобок, он катался вокруг, лично открывал передо мной двери и указывал путь.