Автор
Дети гордятся знаменитыми родителями, но часто забывают об остальных деталях жизни. В этом мире, где успех всем важнее, страх и тревога постепенно проникают в подсознание детей. Когда они стареют, становится ясно: быть достойным не так просто, как кажется издалека.
То ли он пытается указать на преступника, то ли объяснить, за чем именно тот охотится, то ли сказать, где именно эта вещь спрятана.
— Какая вещь?
— Да не знаю я, — с досадой сказала Соня, и Феодосий тут же почувствовал себя глупцом. И так ведь понятно, что она не знает. — Может быть, мне все это кажется, а дневник, стихи и рисунки в нем просто игра больного разума.
— Вам не может просто так взять и показаться, — убежденно сказал Феодосий. — Давайте вместе посмотрим. Если там что-то есть, мы обязательно это найдем.
— А мы можем поехать прямо сейчас? — с надеждой в голосе спросила Соня. — Просто я уже почти двое суток не нахожу себе места из-за этого дневника. Мне кажется, что все очень просто, но я не вижу отгадки, хотя она наверняка у меня под носом.
В душе Феодосия все пело. Сейчас они поедут к ней домой, и, если она захочет, он даже согласится выпить кофе, и она покажет ему тетрадь, и он обязательно попытается разгадать, что там написано, а потом он ее поцелует и…
На этом месте Феодосию стало так жарко, что вдруг испугался, что его хватит тепловой удар.
— Конечно, мы можем поехать, — сказал он, стараясь ничем не выдать бушевавших в нем эмоций. — Сейчас нам принесут десерт. Я заказал вам кофе с десертом, у нас тут замечательные делают десерты и кофе варят тоже очень хороший. Я знаю, вы любите кофе, так вот этот вам понравится.
Он понимал, что слишком много говорит, но уже не мог остановиться.
— О-о-о-о, это же отлично, что у вас хороший кофе, — сказала она.
— Все удобно, мне все очень удобно! — с жаром вскричал Феодосий.
Он хотел еще что-то добавить, но не успел, потому что у него зазвонил телефон. Звонила мама, что делала очень редко. Обычно она ждала, пока он позвонит сам, и позволяла себе отвлекать сына от дел только тогда, когда не могла с чем-то справиться самостоятельно.
— Да, мам, — сказал он, сделав жест, что просит у Сони прощения. Она понимающе кивнула.
— У Наташки температура поднялась, — деловито сообщила мама. — Так-то ничего особенного, но уж больно высокая, больше тридцати девяти. «Скорую» вызвать или ты Розе Михайловне позвонишь?
Роза Михайловна была лучшим в их городе детским врачом, которая наблюдала Наташку с самого ее рождения.
