Автор
Мэдди на девятом мартовском 1998 года полна юмора и энергии - она даже просит разрешения выйти за женихана. В дьявольской красе и ярких оттенках она готовится к свадьбе, но есть ли надежда на то, что это будет настоящее счастье?
У происходящего между нами имеется срок годности, и я не хочу выглядеть так, будто ты меня бросил. Дважды.
Мэд никому не говорила, что мы встречались; ни тогда, ни сейчас. Мне, однако, всегда было наплевать, видел ли кто-нибудь, как я целую ее по утрам, когда мы вместе приходили на работу.
– В первый раз я тебя тоже не бросал.
Мэдисон отмахнулась от меня.
– Они сами это додумают.
Она права. Людям свойственно предполагать, что уходит тот, у кого больше денег.
– И еще кое-что. – Она подняла палец вверх.
"– Давай уже покончим с этим. – Я закатил глаза.
– Пообещай мне, что, когда все это закончится, ты не станешь выслеживать меня или пытаться продлить отношения.
– Обещаю, – сказал я, делая шаг вперед, обнуляя пространство между нами. Теперь мы стояли губами к губам. Грудью к груди. Членом к киске. – Обещаю пощадить твое сердце. А теперь, пожалуйста, могу ли я получить остальную часть тебя?
Мэдисон обвила руками мою шею.
– Можешь, но после того, как мы примем душ.
Я завладел ее ртом, погружаясь в страстный поцелуй. Затем скинул туфли и завел ее в квартиру. Уровень удовлетворения и облегчения, которое я испытывал, оставшись на ночь у Мэд, должен был меня насторожить. К счастью, девяносто процентов моей крови сейчас приливало к паху, так что мозгу не с чем было работать.
– Кисмет[27], – пробормотала она мне в губы.
– Хочешь кончить еще? – спросил я. И еще, и еще, и еще. В идеале на моем лице.
– В пятницу словом дня Лайлы стало «кисмет». Только что увидела на ее двери.
Я безразлично хмыкнул, желая показать, что услышал ее, затем довел нас до душа, врубил струю и, не снимая одежды, зубами сорвал с Мэд платье.
А потом принял самый длинный и грязный душ в своей жизни.
* * *Пару дней спустя мы с Грантом совершали пробежку в Центральном парке.
