Автор
У Мэдисон была идеальная жизнь, пока её бывший парень Чейз Блэк не вторгся в неё с невероятной просьбой. Теперь ей предстоит выбор между комфортной реальностью и неожиданным поворотом судьбы. Что скрывается за чёрным костюмом Чейза и готова ли Мэдди к переменам?
Остальная часть меня задавалась вопросом, что побуждало меня делать с ней что-то еще, когда мы встречались, кроме как не вылезать из постели до тех пор, пока от Мэд ничего не останется.
– Отлично выглядишь. – Я сузил глаза в щелочки, комплимент прозвучал как обвинение.
Нахмурившись, она схватила свою сумочку и ключи.
– Разве ты не говорил, что наши наряды должны соответствовать друг другу? Я вспомнила, что ты очень любишь черный. Черная блестящая дверь, черная мебель, черные атласные простыни… – Она принялась перечислять все черные вещи в моей квартире.
– Ты забыла про черные шторы. Хочешь нанести еще один визит в мою спальню? – Я одарил ее волчьей ухмылкой.
– Твердое нет.
И это не единственное, что сейчас твердое, дорогая.
У меня возникло нестерпимое желание прикоснуться к Мэдисон. Заправить выбившуюся прядь ее волос за ухо, поцеловать в щеку в знак приветствия или усадить к себе на колени, раздвинуть ягодицы и поглотить ее. Прежде чем я успел это сделать (я собирался смахнуть ворсинки с ее рукава, хотя лично мне больше нравился вариант с поглощением), кто-то сзади хлопнул меня по плечу.
День полон неприятных сюрпризов, но Педиатр Биг-бро в своей парадной рубашке, дурацком галстуке и беговых трико стал вишенкой на дерьмовом торте. Он ухмыльнулся Мэдисон, подняв два больших пальца вверх за наряд.
– Мэдди! Я пришел, чтобы получить поцелуй на удачу перед полумарафоном. – Он бежал на месте у ее порога рядом со мной, мы оба стояли за дверью. Меня не волновало, насколько мил этот мужчина. Он сочился идиотизмом в радиоактивных количествах.
– Привет. – Он повернулся ко мне, протягивая руку. Я пожал ее, убедившись, что прилагаю достаточно сил, дабы почти сломать ему кости. Единственная причина, по которой я не пошел на полное уничтожение, заключалась в том, что его пациенты несовершеннолетние, а у меня достаточно оснований подозревать, что я уже возглавлял дерьмовый список кармы. Будь он пластическим хирургом, обслуживающим скучающих домохозяек и тщеславных мужчин, его рука уже напоминала бы маршмеллоу.
– Чейз Блэк.
– Итан Гудман.
– Итан мой… – Мэд замолчала, позволив себе на мгновение задуматься о том, кто он для нее. Мы оба выжидающе уставились на нее. По моему лицу медленно расползлась улыбка. У них еще не было этого разговора. Их отношения и близко не такие серьезные, как она хотела, чтобы я думал. Мэд откашлялась. – Мы часто проводим время вместе.
Итан кивнул в знак подтверждения, довольный ее бредовым объяснением.
