Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Например, в обязанности Айво входило мыть собаку, а Серафина иногда сопровождала повара на рынок, чтобы пообщаться с местными торговцами.
Хотя Эви вела себя намного тише остальных членов семьи, когда она начинала говорить, все внимательно её слушали. Несмотря на мягкость, она обладала внутренней силой, благодаря чему стала центром мира Шаллонов. И она оказалась такой доброй, что просто не могла не понравиться Киру. Когда они впервые встретились, герцогиня сначала удивлённо на него посмотрела, а потом улыбнулась и обняла.
Через день после приезда Уэстклифов Кир в компании остальных мужчин сидел в утренней гостиной за ранним завтраком. За время знакомства с отцом Меррит Кир обнаружил в нём множество качеств, достойных восхищения. Как настоящий мужчина, граф любил охоту, езду верхом, рыбалку и стрельбу. Как и Кингстон, Уэстклиф загодя предвидел необходимость привлечения других источников дохода, помимо арендной платы за землю под фермерство в своём поместье.
Посреди завтрака появился дворецкий и передал Кингстону послание на серебряном подносе. Кир никогда не видел телеграмму с печатью, поэтому настороженно наблюдал за тем, как Кингстон вскрывает её и читает.
Герцог слегка нахмурился.
— Итан Рэнсом приедет сегодня днём.
Уэстклиф допил кофе и проговорил:
— Чёрт возьми, самое время.
Кир взглянул на телеграмму в руке Кингстона.
— Рэнсом сообщает, что поймали человека из переулка? Или того, кто устроил пожар на складе?
Герцог покачал головой и протянул листок бумаги Киру.
— Предполагается, что оба преступления совершил один и тот же человек? — спросил Уэстклиф.
— Не обязательно, — ответил Кингстон. — Хотя, если намереваешься кого-то убить, лучше нанимать на это дело одного человека.
Тёмные глаза Уэстклифа сверкнули весельем.
— Такая осведомлённость пугает, — вежливо заметил он.
Губы Кингстона дрогнули.
— Не говори глупостей, Уэстклиф. Если бы я хотел кого-нибудь убить, то не отказал бы себе в удовольствии сделать это лично. — Он взял бокал с водой и лениво провёл большим пальцем по огранённой хрустальной поверхности. — Ставлю на то, что Рэнсом так и не поймал ублюдка. — Нахмурившись, Кингстон посмотрел на Кира. — Прошёл почти год со дня смерти Корделии. Как её душеприказчик, я должен явиться в Верховный суд послезавтра.
