Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Из бумажника выпал сложенный листок, и Меррит попыталась засунуть его обратно. — Мы оставим все ваши вещи на этом самом месте, и… — Её голос затих, когда она разглядела машинописные буквы.
Это была аккуратно оторванная полоска страницы, на которой она напечатала их имена в конторе.
Мистер Кир Макрей Леди Меррит Стерлинг"
"— О, — выдохнула Меррит, хаотичные удары сердца в её груди напоминали разлетевшиеся в стороны жемчужины из разорванного ожерелья. Какой-то клочок бумаги и чернила… Но сколько смысла.
Кир чуть отвернулся в сторону, его лицо пылало.
— Не нужно мне было приходить, — сказал он.
Меррит знала, что Кир прав.
Здравый смысл подсказывал ей, что этим чувствам нельзя доверять, всё происходит слишком быстро и не закончится ничем хорошим для них обоих.
""Не думай, не прикасайся, не разговаривай, не вдыхай аромат и не пробуй на вкус. Отправляйся в тёмную комнату, запри дверь, закрой ставни от солнца"".
Слишком поздно.
Сколько потребуется ещё времени, сколько лет пройдёт, прежде чем Меррит снова испытает к мужчине подобные чувства? Возможно, пять… возможно, двадцать.
А, возможно, это не случится больше никогда.
К счастью, здравомыслящая женщина всегда знает, когда следует отбросить осторожность.
Меррит подошла к Киру, обняла его за шею и прижалась губами к его губам.
Глава 8
Когда Меррит обнаружила в бумажнике обрывок страницы, Кир ожидал, что она возмутится или, что ещё хуже, пожалеет его.
Он чувствовал Меррит каждой клеточкой своего существа, но ему хотелось большего, хотелось притянуть её ещё теснее к себе. Не обращая внимания на рану, Кир поставил одну ногу на диван и устроил Меррит между бёдер.
Решив, что причинила ему боль, Меррит прервала поцелуй и попыталась отстраниться, но он прижал руку к её ягодицам, чтобы удержать на месте.
— Подожди, — задыхаясь, возразила она, — осторожнее… твоя спина… ты себе навредишь… — Меррит наклонилась, чтобы поправить льняной компресс, и то, как она суетилась вокруг него, как заботилась о нём, возбудили Кира ещё больше.
