Автор
Лондон в мрачном ноябре 1880 года окутывается тьмой и холодом. Меррит Стерлинг, красавец-контридульстер из Шотландии, обещает Люка Марсдену запалить его гнев до такой степени, что это словно бы превращает самого кабинет в бурлящую ярость.
Он подтянул Меррит повыше и снова впился в её губы. Она с трудом задышала, как если бы он уже двигался внутри неё. Кончик её языка осторожно проник к нему в рот, желание молниеносно пронзило Кира и отозвалось в паху. Никогда ещё он не был так возбуждён.
Опьянённый страстью, Кир с трудом собрался с мыслями. Кто-то должен положить этому конец, и немедленно. Поскольку Меррит, похоже, не собиралась этого делать, ему придётся взять ответственность на себя. Приложив титаническое усилие, Кир оторвался от её рта, но она потянулась к нему в попытке продолжить поцелуй.
Меррит подняла голову. Её глаза были полуприкрыты, чёрные ресницы затеняли осоловевший взгляд.
Она облизнула губы и заговорила так, словно только что очнулась от долгого сна.
— Я слышала, что шотландские мужчины — самые страстные.
Его губы расплылись в медленной улыбке. Кончиком пальца он поигрывал с прядками волос вокруг уха Меррит, наслаждаясь её реакцией.
— Что правда, то правда. Но не мне это тебе демонстрировать.
— А что, если… — Меррит умолкла и сделала ещё один вдох, её взгляд был слегка рассеян. — А что, если я хочу, чтобы ты продемонстрировал.
Он покачал головой, зная, что Меррит сейчас не рассуждает здраво.
— Это стало бы ошибкой.
— Люди должны совершать ошибки, — возразила она. — Это закаляет характер. — Меррит снова попыталась его поцеловать, но он отдёрнул голову.
— Но ты точно не хочешь совершить эту конкретную ошибку со мной, милая. — Кир нежно коснулся мочки её уха пальцами. — Я больше не буду носить с собой тот обрывок бумаги, если ты против. — Ему это и не нужно: её имя навсегда останется выгравированным в его сердце.
Последнее заявление её смутило.
— Я не возражаю, если ты хочешь оставить его себе.
Кир пожал плечами.
— Не в моей власти объяснить, как устроены чувства.
Меррит наклонила голову, не сводя с него глаз.
— Может быть, ты считаешь его чем-то вроде трофея? И он будет напоминать тебе об одном из твоих завоеваний?
Кир перестал улыбаться. Он не думал, что она действительно в это верит, но само предположение, одна лишь мысль, заставили его разозлиться.
— Нет. Я же не скотина, которая считает тебя неодушевлённой вещью.
