Автор
Глядя на молодую особу, явившуюся к нему в лондонскую резиденцию, Себастьян, виконт Сент-Винсент, подумал, что ошибся с выбором избранницы. Теперь он осознает, как близко к себе приближала наследницу недавно, пытаясь похитить её в Стоуни-Кросс-Парке. Вспоминая тот день, он понимает, что совершил неудачный выбор, но теперь уже слишком поздно измениться....
Как все это отличается от замужества ее подруг! При мысли о них Эви чуть не расплакалась. Вряд ли они останутся друзьями после того, как она выйдет замуж. Сморгнув непрошеные слезы, она проглотила ком в горле. Что толку плакать? Может, брак с Сент-Винсентом – не идеальный выход из положения, но это лучшее, что она могла придумать.
Вообразив бешенство теток и дядюшек, когда они узнают, что она – и ее состояние – уплыла из их рук, Эви почувствовала некоторое облегчение. Все, что угодно, лишь бы избавиться от их власти.
Забавно, но именно Юстас в конечном итоге вынудил Эви бежать из дома, явившись к ней с обручальным кольцом.
– Вот, – произнес он со сконфуженным видом, протянув ей золотой ободок с нефритом, – матушка велела вручить тебе. Имей в виду, ты останешься без обеда, если не наденешь его сегодня вечером.
Нельзя сказать, что это явилось для Эви полной неожиданностью. После трех сезонов безуспешных попыток найти ей титулованного мужа родственники пришли к выводу, что ее брак не сулит им никакой выгоды. И, учитывая, что она скоро станет богатой наследницей, решили завладеть ее деньгами, выдав ее замуж за одного из кузенов.
Слова Юстаса вызвали у Эви вспышку такой ярости, что она залилась краской, развеселив Юстаса.
– Ну и видок у тебя, когда ты краснеешь, – рассмеялся он. – Как у перезрелого помидора.
Проглотив ядовитый ответ, Эви постаралась успокоиться. Мысли кружились у нее в голове, как листья, подхваченные шквальным ветром. Тщательно подбирая слова, она умудрилась сказать, почти не заикаясь:
– Кузен Юстас... если я соглашусь выйти за тебя замуж... могу ли я рассчитывать на твою поддержку? Позволишь ли ты мне видеться с отцом и заботиться о нем?
Ухмылка мигом исчезла с лица Юстаса, пухлые щеки обвисли.
– Никто не стал бы давить на тебя, кузина, не будь ты такой упрямицей.
Эви, терпение которой было на пределе, начала заикаться. – Т-ты возьмешь мои деньги и н-ничего не дашь взамен...
– А зачем тебе деньги? – презрительно осведомился он. – Ты же только и знаешь, что прятаться по углам. Тебе ни к чему красивая одежда, драгоценности… Ты не способна поддерживать разговор, да и в постели не подарок.
