Так что, Сергей Батькович тебе ли горевать? У меня вот есть по ком горевать и то я стараюсь никого не напрягать этим. Что случилось то и случилось.
– Миша ты извини меня, я тут подкрался со своей заботой, забыл совсем о твоем горе. Извини что напомнил, не подумал.
– Да ладно тебе, ты то тут при чем. Эта боль всегда со мной и не следует каждому на неё свое внимание обращать. Моё это, и мне его всю жизнь нести.
Где отдыхал Михаил и отдыхал ли он вообще, никто не знал, да и кого станет волновать это ранним утром, когда он всех чуть ли не из-под палки поднимал на завтрак. Лишь как всегда ворчали на него и пытались отвертеться от посещения кафе, что бы хоть чуть-чуть еще поспать.
И вполне ожидаемо, что последними кто пришел позавтракать оказались Лука и Элла. Но как она вошла.... Это надо видеть, и естественно все уставились на счастливых молодых людей. С гордо поднятой головой, под руку с другом, который рядом с ней смотрелся слегка ошарашенным, или еще вернее, «мешком пришибленный». Внимание, которому они удостоились, явно ему было не по нутру, в отличие от Эллы. Она же так и запорхала перед сидевшим за столиком Лукой, отстранив от своих обязанностей официанток, стала его обслуживать. Уж так старалась ему угодить, что всем стало ясно: – Элла нашла себе то, что ей и было нужно. Она для себя, по всей видимости, нашла в связке ключей именно тот ключик, который подходит к двери её квартиры.
Все так примерно и подумали, перестав пялиться на счастливую парочку. Никто никаких шуточек в их сторону так и не произнес, хотя вероятней всего они были заготовлены у многих после такой беспокойной ночки.
Поэтому появление Петра Николаевича даже не заметили.
– Всем привет! Вижу что все в сборе. Есть на сегодня дела у вас?
– А вы нам хотите экскурсию предложить? Неплохо было бы, я помню еще, как там за ленточкой бывало, когда мы отдыхали в Египте. То экскурсию, то бассейн, то поездку на море или к пирамидам, также вот за завтраком нам предлагали. – Воспоминания Антонины о счастливом времени, когда у неё была своя семья, и ей казалось тогда, что в мире нет счастливей женщины чем она, вновь всколыхнули то горе, что постигло её здесь. Глаза увлажнились, готовая расплакаться она поспешила покинуть помещение.
– Я могу, конечно, провести и экскурсию, если хотите. Только при условии, что вас будет кто-то сопровождать из моих людей.
