Четверо учеников великого мага стояли в пустом подземелье Андорского замка, столкнувшись с неведомыми угрозами. Лица их были напряжены, как бы отсасывая воздух, но один из них оставался спокоен и абсолютно собран.
— Ну хорошо, так уж и быть. Пойдем в избу. Будет тебе кровное поручительство. А как выпустишь этого мерзавца, передай, пусть сейчас же бежит ко мне. Да так, чтоб ласты сверкали!
* * *"
"Из своего укрытия Витка увидел, как ведьма с царевной направились в избушку. Он в очередной раз нервно проверил, как сидит на нём плащ-невидимка и, стоило двум далеким фигуркам скрыться за дверью, выскочил из леса и помчался к дому ведьмы. Подбежав к столу с самоваром, он открыл заварочный чайник и вылил в него сонное зелье.
Как только дело было сделано, он резко развернулся к лесу и, к своему неописуемому ужасу, задел кружку Василисы с недопитым чаем.
Добежав до опушки, он без сил свалился на землю. Сердце колотилось так, словно было готово выпрыгнуть из груди.
— Ну давай же! Давай! Пей! — стиснув зубы, цедил Витька, постукивая кулаком по ладони.
И вот, наконец, ведьма замолчала и в следующий миг одним глотком опустошила чашку. Витька вздохнул от облегчения и привалился спиной к дереву, вытирая покрывшийся испариной лоб.
Через несколько минут Василиса стала клевать носом. Было видно, что она из последних сил сдерживается, пытаясь не заснуть раньше Балагриссы. Ведьма же, как ни в чем не бывало, продолжала что-то оживленно говорить. И вдруг, к огромному Витькиному изумлению, прямо посреди очередной фразы старуха осеклась и с громким стуком уронила голову на стол.
Витька подождал пару минут, пристально всматриваясь в Балагриссу — не пошевелится ли? — и наконец решившись, вышел из леса и пошел к избушке. Плащ-невидимку он снимать не стал, решив для начала окончательно убедиться, что ведьма уснула.
