В комнате царит тихая непринужденная свежесть, словно воздух вновь освобождается после долгого затишья. Ирине становится не по себе — она видит, как устремленный взгляд его снова падает на угол, где он обычно сидел. Она знает, что стоит бриться подальше от таинственного мужчину, но каждый шаг кажется опасным шагом вперед....
У Ирины всё дрожало внутри. Тепло, что появлялось, когда он оказывался рядом, возросло троекратно. Как же… сладко, остро. Пряно.
Она вскинула руки и завела их за голову, прикасаясь к Диме. Аромат его парфюма она чутко ощущала даже среди сотен других запахов.
И возбуждение Коваля.
— Девочка… ты такая красивая… Моя девочка? Ведь моя?
Губы Ирины самопроизвольно расплылись в улыбку.
В эту минуту Ирина казалась самой красивой. Самой желанной.
— Может, сбежим? — девушка запоздало поняла, что озвучила свои мысли вслух.
"Рывок — и её прижали к крепкому телу. Ирина ахнула, зажмурилась. Жаркие губы прикоснулись к её шее, слегка прикусывая. Скользили по коже, оставляя мокрые следы. Мужские руки прошлись по талии, очертив изгиб. Коснулись бедер, погладили. Ещё раз и ещё.
Ирина пьянела от каждого прикосновения. Оттопырила попку, желая ещё более тесного контакта. Ей не было стыдно за своё поведение. Это клуб, тут люди под переливами огней и не такие откровения себе позволяли.
Но ей было глубоко наплевать на окружающих.
Хотелось ещё… Ближе, теснее, откровеннее.
Ещё.
И ещё.
Адреналин бурлил в крови всё сильнее. Ирина дурела от каждого прикосновения Димы. От властного жадного поглаживания. Нетерпеливого. Его пальцы задевали подол платья, но не задирали. Пробирались под ткань и снова касались, но уже едва ощутимо. Играючи. Кончиками пальцев он водил по коже, а Ирину всё отчетливее уносило в сладострастный туман.
— Значит, говоришь, сбежать?
От хриплого, горячего дыхания у Ирины ослабли ноги.
— Да. Давай уйдем.
На этот раз её развернул Дима, впечатывая в себя и обнимая крепко. Настолько, что, казалось, между ними не осталось и миллиметра свободного пространства. Ирина не возражала. Этот вечер её.
Её сумочку им принесли, когда они уже стояли в коридоре. Дима сделал один звонок, общался на английском.
У него стучало сильнее.
В машине он сразу же притянул Ирину к себе и набросился на её губы.
— Соскучился… Сил нет никаких…
Его губы мяли и покусывали её губы, давя и подчиняя. Ирина с неменьшим пылом отвечала на поцелуй. Ей было… голодно. Танцуя и находясь рядом с Димой, она постоянно ловила себя на мысли, что ей чего-то не хватает.
