В Нашкоре было солнечно и бесцветно. Смерть стала лишь началом для Алины, когда она осознала, что жизнь после могла быть даже более испытательной. Раздвоенный язык перед глазами заставлял верить в нечто большее, чем просто смерть.
Родной Нашкор – пыльный, невыносимо жаркий, палящий… Жадный, как вор, притаившийся в подворотне с кривым ножом.
Он ждал меня всё это время, знал, что я приползу. Знала это и богиня, обвивающая жаркую страну кольцом.
— Не рада? – голос Картаса звучит совсем рядом. Юноша скакал на рыжем коне рядом с каретой. Несмотря на весёлый тон, лицо его казалось слишком суровым и напряженным.
— Не рада, - отвечаю лаконично, закрывая окно.
Никто из нас сейчас не рад.
Карета под строгим конвоем катится по улицам. Я украдкой выглядывала в окно, видела коренных жителей Нашкора, замотанных в дрянную, потрёпанную одежду.
Интересно: где-то там, наверное, сейчас моя настоящая мать. Если жива, конечно. Я никогда не вспоминала об этой женщине и это справедливо.
Но сейчас мыслей слишком много, а сердце словно взбесилось.
Я знаю… Это потому что Храм близко.
Его стены выделялись в этом затхлом городе. Древний. Масштабный. Красивый и внушающий лишь необъяснимый флёр трепета.
Я смотрю на него со стороны, вспоминая фрагменты пребывания там.
Карета остановилась и Картас протянул мне руку, помогая выйти. Я расправила плечи и своё прекрасное платье, под конвоем рыцарей приближаясь к Храму.
Нас почтительно встретили, как гостей и проводили прямиком к Верховной.
Эта старуха… Всё такая же сухенькая, с суженными глазами и кривой улыбкой, в драгоценных одеяниях. Она вызывала у меня внутреннее, совершенно неконтролируемое отвращение.
— Церера вернулась, чтобы почтить богиню, - слова звучат веско.
— Нет, не одна, - неожиданно вклинился Картас с очаровательной улыбкой.
— Правила… Наши традиции не позволяют, - кажется, старуха недооценила его.
— Вот как? Я порылся в хрониках: короли посещали главный зал Храма.
— Ты не король, - нахмурилась Жрица.
Не знаю, что там за история, но, судя по всему… Это происходило немного против воли служительниц.
— Я его младший брат. В моих жилах королевская кровь. Хотите это оспорить? – поинтересовался Картас.
Старуха попалась в его словесную ловушку и на миг замолкла, пожевав губами.
— Хорошо. Я допущу вас двоих, но я не отвечаю за последствия. Если кара богини коснётся вас – не вините меня, - ох, сколько веского высокомерия в её словах.
Непростой противник. Опасный, если начистоту.
Центральный зал Храма… Как хорошо я его помню.
