Автор
В дневнике попадается девушка с ироничным упрямством Полина, которую окружающие считают неуклюжей. Вдруг она оказывается в совершенно другом мире — полном загадок и возможностей. Начало было бы трудно поверить, но оно лишь начало длинной истории необычных приключений и открытий для этого заблудшего дитяти....
Идеальное оружие! Вот с того самого момента, как шаманы его обрели и отточили, стали родонские земли разрастаться.
Родонец, который впервые нарёк себя императором, дураком не был. Он понимал, что сильные государства к его ногам просто так не падут, и начал захват с малонаселённых северных земель, покрытых горами, непроходимыми лесами и дремучими горцами.
Цивилизованные соседи в своих городах посмеивались, а у родонцев, благодаря умелому предводителю, появилось вдоволь еды, материалов и рабов. А предприимчивый вождь стал прокачивать свою мощь за счёт пленных одарённых.
Понятно, дела при таком подходе к власти пошли на лад. Все приказы выполнялись точно в срок и с перевыполнением, никто не ныл и не возмущался. Территория разрасталась. Что при этом происходило с коренным народом захваченных земель, оставалось тайной.
Страшной.
Однако богатства множились, армия становилась всё сильнее, набеги на соседей — всё наглее.
Тогда они забили тревогу. Стали слать послов. А им в ответ: будем рады пообщаться, но у вас в гостях. У нас климат не тот, сервис в темни… — в теремах, то есть — не на том уровне. Варвары, что поделать?.. Вы нас к себе пригласите, хоть поучимся у вас хорошим манерам. Гуманизм в глаза увидим.
Понятно, «старшие братья» прониклись своей миссией нести луч света в тёмную империю. Послов к себе пригласили, угостили, как положено, заверениями в мире и добрососедстве обменялись.
И что интересно: зарубежных послов к себе как не пускали, так и не пускают. Поэтому что именно нас ждёт в Родонии, Лео представлял довольно смутно. Природу опознал по старинным источникам тех времён, когда эти земли и Родонией ещё не были.
— Ну как? — спросил Лео, когда закончил рассказ.
— Зашибись!
— Не исключено, что придётся, — мрачно согласился он.
