В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
— Рассказывай все, — требую я, устало глядя на своего пленника. — Иначе открою дверь и выкину без парашюта.
Вру, конечно! Мне пилот по голове настучит, если только вздумаю нарушить герметизацию. Но наш храбрый ниндзя об этом даже не догадывается и трясется от страха.
— Не надо. Я все объясню. Сам.
— Тогда погнали, — ухмыляюсь мрачно. — Настройте запись, пожалуйста, — прошу Маценова.
Ито вздыхает, понимая, что выбора у него нет. Оглядывается по сторонам, словно ища поддержки, и, немного подумав, начинает сбивчиво говорить.
48. Матвей. Добить врага
— Я любил ее, — заявляет Ито Кауро на чистом английском. — Кристин — моя девочка. Последняя отрада. И все у нас было хорошо, пока она не забеременела. А тут еще гормоны и этот парень из России.
— Последний русский, — усмехаюсь я. Ито не понимает. Зато пацаны ухмыляются.
— Я даже не понял, почему она мне изменила… Пытался встретиться, поговорить. Но, видимо, натура у нее предательская. Ничего святого. Меня бросила. Паренька до самоубийства довела. Да еще ребенка увезла.
— Ну конечно! — роняю презрительно и даже не скрываю сарказма.
— Мне нет нужды обманывать, — печально восклицает Ито.
Любой бы сто раз поверил, только не я.
Кауро врет, как дышит. Но не на того напал.
— А что вы скажете об этом? — открываю айфон на нужном снимке.
— Что это? — удивленно вскидывается он.
— Тест ДНК, — отрезаю грубо. — Девяносто пять процентов. А значит, ребенок — моего брата. Но никак не твой, паскуда. И они жили четыре года до этого. Давай… Начинай говорить правду.
— У тебя на меня ничего нет! — усмехается криво Ито. — Ты мне ничего сделать не сможешь. А я, как только прилетим, пожалуюсь послу. Начнется международный скандал…
И сразу преображается. Расправляет плечи. Смотрит надменно.
Самурай, блин!
— Ну-ну, — бросаю, ощерившись. Руки чешутся врезать по этой самодовольной физиономии. Но нельзя. Себе же хуже сделаю.
— Да не вопрос, — пожимаю плечами. Стараюсь говорить спокойно. Очень спокойно. — А сюда, в Приморск, зачем приперся? Какие тут тебе инвестиции?
— Так это из-за вас мне все отказали? — шипит японец.
— Да хоть в Гаагский суд, — отмахиваюсь, как от мошки.
— Девочку я все равно отсужу, — скрипит противно Кауро. И тут меня подбрасывает с места. Хватаю эту мразь за грудки.
— Фиг ты получишь, а не Лизу. Это моя дочь. Понял?
— А как же девяносто пять процентов? — ехидно интересуется Ито.
