В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
Успеем подключиться, Мэт?
— И так все настроено, — отмахиваюсь я и, взяв Кристину за руку, веду в кабинет. Зачем? Сам не знаю. Можно показать разгромленный офис, изложить историю в лайт-варианте. Немного подрихтовать сюжет и вместо брата, вставить отца. Припугнуть как следует.
Не при Ярике, конечно…
Щелкнув пультом, включаю телек. Нахожу нужный канал и тут же на экране мелькает знакомое здание. Глаз останавливается на окнах чердака и в башке набатом бьется старая, давно засевшая мысль.
Ромка не мог! Он слишком любил жизнь.
— Кто это сотворил? — кивнув на экран, спрашивает Кристина.
— Полиция разбирается, — скупо роняет Ярослав. — Наш человек — старушка в доме напротив — сразу позвонила в службу спасения…
— Может, это их и спугнуло? — замечаю с надеждой.
— А что они искали? — лепечет Кристина. Сразу видно, как подействовала эта история на девчонку. Испугалась.
Беру ее ладошку в свою. Чувствую как вздрагивает.
— Скорее всего искали какой-нибудь ничтожный документ, на который никто не обратил внимание. Чек в ящике стола. Старую заметку или записную книжку. Любую зацепку, способную вывести на семью Шершневых, — осторожно подбирая слова, объясняет Ярик. И сам того не ведая, помогает мне загнать в ловушку испуганную овечку. А она и не сопротивляется.
Провожу большим пальцем по нежной девичьей ладони. Кристина вздрагивает. Поднимает на меня глаза полные слез.
— Эти люди… Они очень опасны?
Вопрос до смешного наивный. Но совершенно закономерный.
— Пока они сидят в своей Европе, то нам по барабану, — заявляю, продолжая ласкать маленькую ладошку.
— Зря ты так самонадеян, — отрывисто бросает Ярик. — Контролировать границы страны мы с тобой не в состоянии. Да и никто не станет пересекать их легально.
Браво! Бинго! Кристина дрожит как осиновый лист. Я бы и сам не обтяпал эту сцену лучше. Лучше наплести о Ницце и неведомых вандалах, чем признаться в диких планах Инны.
— Естественно, мы усилим меры безопасности. Как самой виллы, так и поселка, — киваю я, ликуя в душе. — Но я очень беспокоюсь за Лизавету. Ребенок есть ребенок, — замечаю со вздохом.
— Мы можем пока никуда не выходить, — лепечет Кристина.
— Да, это правильное решение, — соглашается Ярослав, вставая. — Тут хоть периметр надежно охраняется… Потом поговорим, Мэт, — бросает недовольно.
