В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
Но внутри штырит только от одной мысли, что Шершневу никто не указ. Почему бы не обсудить со мной, как в дальнейшем его будет называть Лиза? Почему этот человек привык все решать сам? За меня и моего ребенка?
Даже купальники и те велел привезти. А меня спросил? Может, я не хочу купаться!
— Пойдем по набережной, — мотает головой Матвей. И отдав охране указания, уверенно ведет нас по широкому бульвару. А сзади как привязанные плетутся Никита с Женей.
Хорошая работка у парней. Непыльная!
Ленивым взглядом обвожу кипарисы и елки, растущие вдоль аллеи.
Небожитель вышел погулять!
И стараюсь нарисовать на своем лице хоть какое-то подобие счастья.
Прекрасно понимаю, что самодовольный мужчина, идущий под руку с печальной девицей смотрится так себе.
Но ничего с собой поделать не могу. И так еле сдерживаюсь, чтобы не разреветься.
— Что с настроением? — мимоходом интересуется Матвей. — Куда делась моя спокойная невеста?
— Ты мог бы сначала посоветоваться со мной, — шепчу, еле сдерживаясь.
— Ты о чем?
— Об отцовстве. Мне нужно было поговорить с Лизой. Она считает папой Александра Юрьевича. Для нее такой резкий переход может стать травмой…
— Ерунда, — морщится Шершнев. — Перестань придумывать страшилки. Тем более для них нет повода.
— Ты не понимаешь, — пытаюсь втолковать на ходу.
— Забей, — отмахивается он. — Лучше подумай о меню. Что предпочитаешь лангустинов или омаров?
— Мне все равно, — пожимаю плечами. — Иногда кажется, что это одно и то же.
— Точно! — довольно смеется Матвей. — Это ты верно подметила, Крис. Но все зависит от искусства повара.
— А у нас? — спрашиваю с улыбкой. Вглядываюсь в веселое лицо мужа и неожиданно отпускаю прочь все тревоги и страхи.
Рядом со мной большой сильный мужчина. Он обещал позаботиться о нас с Лизой.
Нужно не портить ему настроение. А то сбежит куда подальше.
— У нас самый лучший на побережье, — самодовольно заявляет Матвей и чуть не лопается от важности.
Муж смеется и, прижав меня к себе, жарко шепчет на ухо.
— Во всех смыслах обойдемся, девочка! Не люблю резинки. Раздражают…
-- А если залетим?
-- Воспитаем, — передергивает он плечами.
Ребенок от Матвея? Честно говоря, даже не задумывалась!
Лицо покрывается красными пятнами. Только бы Матвей не заметил. Опускаю голову, стараясь скрыть охватившую меня панику. Вроде бы мы договаривались о чисто номинальном браке.
