В бизнес-классе парка между стыдливым молчанием пассажиров и напряженной охраной чувствуется нервное напряжение. Каждый человек здесь боится, что кто-то из них может стать целью преступников. Вот когда рядом кто-то трется, как в этой элегантной атмосфере прячутся опасности и мелкие инциденты....
Осторожно выскользнув за дверь, быстрым шагом пересекаю холл. Лишь около кабинета мужа замираю на секунду.
Пан или пропал?
Прислушавшись, различаю какие-то голоса. Может, оно и к лучшему?
Тихонько стучусь в дверь. А когда на пороге появляется мрачная фигура мужа, лепечу, словно дурочка.
— Матвей, нам нужно поговорить. Сейчас. Обязательно…
— Что-то с Лизой? — нависает он надо мной. В нос ударяет запах виски и табака.
«Кто же проводит мозговой штурм на трезвую голову?» — усмехаюсь мысленно. А вслух добавляю поспешно.
— Не-е-ет, тут другое. Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Потом, Криста, — сердито отрезает Шершнев. — Я занят. Ложись спать.
33. Матвей. Момент истины
Мозговой штурм.
Честно говоря, я пребываю в растерянности. Кому я мог нахрен понадобиться? Рынки, как и зоны влияния, поделены. Новых игроков нет. А все мало-мальски значимые персоны уже отзвонились. Крупняки примчались лично.
Усталым взглядом обвожу мрачных крутых мужиков, расположившихся в моем кабинете. Ни у одного из них нет повода для моего устранения.
Стук в дверь отвлекает меня от размышлений. В два шага оказываюсь около двери и, распахнув ее, на мгновение замираю.
Кристина. Моя жена.
Испуганная и взъерошенная. Ей сегодня тоже досталось. Сейчас бы прижать к стене, раздвинуть коленом бедра…
«Ты совсем рехнулся, Шершнев? — останавливает меня голос разума. — За дверью полно народа. Менты, акулы бизнеса и даже один заместитель министра.
А вернувшись в кабинет, мысленно сержусь на жену. Какого надо было переться в кабинет? В такой ситуации любому нормальному мужику нужен карт-бланш. Не время распускать слюни и вытирать сопли…
Понимаю, что ей страшно. Но, девочка моя хорошая, сейчас и вправду не до сантиментов. Время — деньги. А порою и жизнь. Помедлишь с минуту, а потом — на миллион убытков. Или того хуже, на лбу высветится красная точка оптического прицела, а ты даже ойкнуть не успеешь.
Взять того же Ромку… Ни за что пропал чувак. Все витал в каких-то бреднях, идиот… Вот и долетался.
Задумчиво гляжу на Феликса Сарычева, знакомого из Генеральной прокуратуры.
— Мы берем дело под свою юрисдикцию, — повторяет он, поднимаясь. — Но ты, Матвей Саныч, подумай, кому мог дорогу перейти.
— Понятия не имею, — пожимаю плечами. Вместе с друзьями спускаюсь вниз.
— Оставайся, — приглашаю по пути Феликса.
