В нежной дуплатке романтики и остросюжетного приключения, "ДНК гения" поднимает вас над поверхностью обычной жизни. Играя со слухом, вы становитесь свидетелями невероятных телефонных разговоров, где каждое слово стоит целую страницу истории. Взаимодействие между двумя загадочными персонажами — это не просто обмен информацией, а тончайшая панорама человеческой души в ее крайней точке: то смутный страх, то непреоборагаемая улыбка....
– Я слышал.
– Все?
– Практически. – Никита покрутил головой и засмеялся. – Лена, видела бы ты себя сейчас, у тебя такое лицо!
– Это лицо человека, который вдруг понял, что люди не так уж и плохи. – Я потрясла головой. – Так, ладно, что мы все о нашем, о кузнецовском… У тебя-то как дела?
К тому моменту, когда мы наконец приехали, я уже знала, как у Никиты обстоят дела с вступлением в наследство, какие проблемы с БТИ, что с межеванием и как соседи по улице собираются бороться с подтоплением их огородов, происходящим каждую весну.
– Мы приехали, да? Мы приехали! – Сенька первым выскочил из машины и, едва дождавшись, пока Никита откроет калитку, ввинтился во двор.
Я посмотрела на старые вишневые деревья, на раскидистый куст черной смородины, на потемневшую от времени деревянную лавочку в красных пятнах осыпающихся лепестков вьющейся розы, на серую с прозеленью шиферную крышу, придавленную ярко-синим небом…
– Заходи во двор, Лена, – тихо позвал меня Говоров.
– Дядя Кит, а малину есть можно? – проорал со двора Сенька.
– Сначала помыть! – опомнилась я.
– Да брось, тут можно есть с куста, у нас никакой химии отродясь не водилось, – заспорил со мной Никита. – Ешь, Сенька, можно!
– А груши? – не угомонился пацан.
– И груши можно! Все можно! – разрешил Говоров.
– Ой, здрасьте, а вы супруга Никитоса, да? А я Василий, сосед ваш! – Поверх малинника, разделяющего два участка, вынырнула такая хитрованская физиономия, что я бы просто для профилактики дала ее обладателю суток пятнадцать.
– Это у меня гости! – Говоров одним решительным взглядом воспрепятствовал общительному соседу Василию форсировать малинник. – Или не гости…
Он оглянулся на меня, вопросительно поднял брови.
Я сделала вид, что ничего не поняла, но, наверное, покраснела, и Говоров широко улыбнулся, залихватски подмигнул мне и спросил:
– Лен, а ты пироги печь умеешь?
– С вишнями и абрикосами? – деловито уточнила я, оглядевшись.
– Дядя Кит, а на это дерево можно залезть? – перебил нас стремительно осваивающийся Сенька."
"– На орех-то? – Говоров оставил меня, заторопился к Сеньке.
