Автор
В офисе турагентства в пятиэтажном здании по Обуховской улице тихо ложится черная завеса: смерть настигает двух клиенток. Календарь — его символические числа — переплетаются с ходом расследования, придавая рассказам неловкую ироничность. Вместе со слезами сотрудников выходит оскальдившаяся история на шесть этажей ниже, где жизнь вступает в полную силу, а смерть — только в миг....
* * *Хоть Бережковская и обещала обслужить меня в срочном порядке, мне пришлось подождать – у нее сидела клиентка. Я повесила куртку на вешалку, но болтаться в «Пальмире», дожидаясь своей очереди, не стала, а вышла через служебный вход в коридор и заглянула в кафе. Ильи там не было. Тогда я дошла до помещения «Метагалактики» и увидела на двери уже знакомую мне табличку со словами: «Идет съемка. Просьба не беспокоить». Значит, Кузьмин тоже занят. Я вернулась в салон. Наталья Петровна как раз освободилась, и я села за столик, уставленный множеством разноцветных флакончиков с лаками для ногтей.
– Хорошие ноготочки, – сказала моя «тетя». – Что делать-то с ними будем?
– Французский маникюр.
– Поняла, – громко ответила Бережковская и перешла на шепот: – Вы ведь здесь не только из-за маникюра? Что-то случилось?
– Давайте поговорим об этом потом, – сказала я вполголоса. – У вас здесь народу слишком много.
– К нам ведь никто не прислушивается.
– Это вы так думаете.
– Ой, Танечка, как же приятно с такими ногтями работать!
Как ни пыталась улестить меня Наталья Петровна, я ей ничего толком не объяснила.
– Сколько с меня?
– Да что я, с родной племянницы деньги возьму?!
– А почему нет?
– Обидеть меня, Танечка, хочешь, да?
– Тетя Наташа, ну зачем вы так? Я хотела как лучше…
– А лучше – бесплатно!
– Спасибо, – сказала я.
– Пойдем, я тебя провожу. – Бережковская, не теряя надежды узнать, зачем я здесь, увязалась за мной.
Я взяла куртку, и мы вышли в коридор. Боковым зрением я заметила, что Кузьмин вошел в кафе, но не один, а вместе со своей рыжеволосой Леночкой. Сегодня у нее на голове была какая-то невообразимая прическа.
– Наталья Петровна, мне надо поговорить с Ильей с глазу на глаз, а он сейчас не один, а со своей любимой моделью.
– Не знаю, зачем вам это надо, но постараюсь что-нибудь придумать.
Мы вошли в кафе. Кузьмин сидел спиной к входу, поэтому нас он не увидел. Я услышала, как он выговаривает своей подружке:
– Лена, ты сегодня работаешь отвратительно! Если ты не соберешься, мне придется Ольгу вместо тебя снимать на обложку.
– Илья, дело не во мне, – оправдывалась Ванеева. – Это ты в последнее время какой-то дерганый.
– С чего ты это взяла?
– Да разве я не вижу?
Мы взяли в баре два стакана минералки, а когда шли к свободному столику, то Бережковская как бы ненароком пролила на голову фотомодели воду и, естественно, испортила ей прическу.
