Вдохновленный историей Саввы Морозова и Марии Андреевой, писатель создает непредсказуемый фантастический мир где любовь пересекает жизнь и смерть. Фрагменты предыдущих жизней оказывают влияние на текущую, заставляя читателя задуматься о том, что скрывает совпадение случайностей в настоящей жизни....
– Неужели Константин взял и засел дома? – не поверила Мария. – Мне вот тоже немало, пятьдесят восемь лет, но я не могу и представить, чтобы вот так сесть за вязание.
– Нет конечно, – первый раз за весь разговор Владимир Немирович-Данченко ухмыльнулся себе в бороду, словно оттаял от мороза, а возможно, понял, что перед ним по-прежнему та Мария Андреева, что блистала в его постановках на сцене МХТ. – Он полностью ушел в написание своей «системы», хочет оставить будущим русским актерам свои знания и очень боится не успеть.
"– Да, еще шесть лет назад, – даже без нотки сожаления сказала Мария, – а потому и расстались, что творческие оба. Максим больше жизни любил идею, которую развивал в своих постулатах. Он нес ее людям и нес в разных формах, отдавая своему творению всего себя, а я должна была любить за двоих: и за него, и за себя.
– Ну, то, что ты большой начальник, я уже понял. Ты всегда крутилась вокруг вождей, помнится, Ленин называл тебя смешно – «товарищ Феномен».
– Ну, должность эта не такая уж и большая, насколько нужная, – перестав улыбаться, сказала Мария. – Мы здесь меняем наше «старье» на валюту, чтобы страна, которую сейчас хочет укусить каждый, выжила и после дала всем по зубам в ответ.
– Старье? – удивился такой формулировке Немирович-Данченко.
– Ну это я так называю, – махнула она рукой, – картины, иконы, золото, бриллианты. Представляешь, в прошлом году сторож в бывшем доме Юсуповых под лестницей нашел целый склад. Феликс, конечно, постарался, – засмеялась она, словно вспомнив что-то забавное, – кладкой закрыл свое состояние.
