В этой книге Доблесть великанов исследует глубину взаимоотношений между нации и ее интеллектуалами, показывая, как идеи и политика могут заставить людей смиренно подчиняться или бунтовать. На побережье Французской Ривьеры, где знаменитые дни отдыха приносят мгновенные перемены в людях, автор исследует эту же тему — как мир вокруг может заставить нас измениться или подчиниться его течению....
Или в Африке однажды было сорок шесть. Жарко, но терпимо.
– Тебе нужно жить на экваторе и передвигаться на верблюде, – рассмеялся Вейдеманис, – самолеты ты терпеть не можешь, а жару переносишь достаточно стойко.
– Надеюсь, что из Майами до Насау лететь совсем недалеко, – заметил Дронго, – и мы не так много времени проведем над водой. Терпеть не могу эти перелеты, особенно над океаном, хотя понимаю, что падать будет одинаково неприятно и на землю, и в воду.
– Ты – невероятный человек! – произнес Эдгар. – Двуногих хищников ты не боишься, готов бросаться в любое расследование, даже самое сложное, тебя не пугают ни бандиты, ни мафиози.
– Красивых женщин, – улыбнулся Дронго. – До сих пор теряюсь при виде красивых и умных женщин. Сразу попадаю под их очарование.
– Оказывается, ты у нас еще и бабник, – рассмеялся Вейдеманис и, взглянув в иллюминатор, добавил: – Кажется, наш самолет пошел на посадку.
В Майами их ждал другой самолет, рассчитанный на несколько пассажиров.
– Это же обычный «кукурузник». Они сошли с ума, предлагая нам лететь на таком самолете! Может, нам еще выделят дельтаплан?
Летчик смотрел на них, не понимая, почему они не садятся в самолет. Эдгар подтолкнул своего друга:
– Он не понимает, почему ты отказываешься лететь. Садись в самолет и не позорься.
– Пусть дадут лодку, – разозлился Дронго, – или какой-нибудь плот.
"Они говорили по-русски, и стоявший рядом летчик недоумевал, почему медлят эти двое незнакомых людей. Ему приказали взлететь, как только они сядут в салон, но эти двое продолжали спорить.
– Пока мы стоим здесь, в любую секунду могут появиться представители иммиграционных властей, агенты ФБР или офицеры полиции, – напомнил Вейдеманис. – У нас практически нет времени. Если нас задержат в Майами, то снова этапируют в Нью-Йорк, и разбирательство затянется на долгие месяцы.
– Почему ты меня уговариваешь? Провести в таком самолете несколько часов – это выше моих сил. Ты же знаешь мои фобии, – мрачно возразил Дронго и, уже обращаясь к пилоту, спросил: – Сколько километров до Багамских островов? Я имею в виду до аэропорта в Насау?
– Всего восемьдесят километров, – удивился пилот, – долетим за двадцать минут.
