В этой книге Доблесть великанов исследует глубину взаимоотношений между нации и ее интеллектуалами, показывая, как идеи и политика могут заставить людей смиренно подчиняться или бунтовать. На побережье Французской Ривьеры, где знаменитые дни отдыха приносят мгновенные перемены в людях, автор исследует эту же тему — как мир вокруг может заставить нас измениться или подчиниться его течению....
Ну, может, тридцать.
Эдгар расхохотался. Дронго тоже улыбнулся, а затем решительно проговорил:
– Черт с вами, летим, – и первый влез в салон самолета.
Следом за ним туда же влез и Эдгар Вейдеманис. Летчик быстро занял свое место, и самолет, разогнавшись, взлетел.
– Двадцать минут, – пытался успокоить себя Дронго, – считаю до шестисот.
– Посмотри лучше вниз, какая красота, – предложил Вейдеманис, – просто фантастика. Когда еще мы с тобой будем лететь из Майами в Насау? Ты вообще был на Багамских островах?
– Был, но летел нормальным рейсовым самолетом.
Летчик немного ошибся. Вместе со взлетом и приземлением весь перелет занял тридцать четыре минуты. Их уже ждала машина, и почти сразу они поехали в другой аэропорт, откуда могли вылететь в Лондон. На этот раз Дронго не возражал. Большой «Боинг» семьсот семьдесят седьмой модели взлетел над Насау, направляясь на восток. В этом большом самолете Дронго чувствовал себя гораздо лучше, даже согласился поесть и выпить два бокала красного вина.
В Лондоне они приземлились, когда там была уже ночь. В этом городе их тоже встречали. Молчаливый водитель отвез друзей в отель «Сан-Грегори», находящийся на восточной окраине города, и, ничего не сказав, уехал. В отеле уже были заказаны два номера на их собственные имена. И только попав в свой номер и встав под горячий душ, Дронго наконец понял, что им удалось вырваться из Америки. Он вспомнил про Бевериджа и нахмурился. Ему было неприятно, что он подведет этого офицера, который так помог им в розысках Карлетто.
– Почему не открываешь? – спросил он, услышав голос Эдгара, – я два раза стучал.
– Извини. Брился в ванной и не слышал твоего стука.
– Кажется, я начинаю сходить с ума, – признался Дронго, – это расследование вконец испортило мою нервную систему.
Он снова прошел к соседнему номеру и постучал. Эдгар открыл дверь.
– Быстро собирай вещи и уезжай отсюда, как можно быстрее, – сразу начал Дронго. – Ты должен понимать, что твое появление здесь не было предусмотрено их планом. У меня есть официальный напарник – профессор Кевин Лоусон, который не только помогает и направляет мои действия, но и наблюдает, чтобы я держался в определенных рамках, отведенных мне членами клуба.
