София испытывает шок от предложенной теткой идеи о продаже себя. Она не может выговорить это слово, но надежды на то, что это сон, исчезает как только Регина хихикает в усыновлении предложения. Несущаяся мысли идентифицируют страх и беспомощность Софии в неизвестной ситуации....
Выкинешь что-нибудь, что мне не понравится, сбежишь или не примешь мою волю — отберу ребенка! И он будет расти без отца и без матери, где-то очень далеко от этой страны!
ГЛАВА 28
София
Квартира огромная, двухуровневая, в новом доме, с холлом внизу, как в отеле, и с охраной на въезде. С порога начинается большая гостиная, плавно переходящая в кухню, разделенную большой стойкой с черной мраморной поверхностью. Диваны стоят буквой «П», стеклянный столик, огромные окна, бытовая техника черного цвета, высокий потолок и лестница на второй этаж.
Сажусь на диван из бежевой кожи и оглядываюсь по сторонам. В квартиру входит Артем, занося мои сумки.
— Поднять наверх? — спрашивает он, скидывая куртку.
Киваю ему, толком не понимая, что он от меня хочет. Мужчина подхватывает сумки и уходит наверх. Перевожу взгляд на панорамное окно — красивый вид на безоблачное небо.
— София!
— А? — поворачиваю голову в сторону зовущего меня голоса и понимаю, что Артем ждет ответа. Самое смешное, что Адамади вручил меня в руки Артема. Интересно, если бы он узнал, что его человек ко мне неравнодушен, он бы поменял свое решение9 Но сейчас мне безразлично, наверное, даже лучше, что это Артем, ему хотя бы не все равно на меня.
— Я говорю: холодильник пустой, ничего нет. Напиши список, и я привезу продукты, — спокойно, даже как-то тепло повторяет он. — Или, может, поехали вместе, сама выберешь, я помогу, — смотрит с жалостью, а меня злость берет. Не нужно меня жалеть!
— Я никуда не хочу, — отворачиваюсь к окну, а потом резко поворачиваюсь. — Что входит в твои обязанности, кроме охраны?
— Все, — спокойно отвечает он, идет ко мне и садится на соседний диван.
— Поясни, — я хочу четко знать гран ицы.
— Охрана, помощь во всем, включая бытовые вопросы."
"— Играть роль отца моего ребенка? — выгибаю брови, еще не понимая, знает ли он о беременности, и по глазам вижу, что знает. Кивает, переводя взгляд на мой живот.
— Зачем Адамади это нужно? — не стесняюсь в вопросах.
— Он не простой человек, — уклончиво отвечает Артем и отводит взгляд.
Я ничего не понимаю.
