Именно здесь он последние полгода проводил пилотные испытания «ЕДА»-бургеров. Теперь он хотел видеть, чего они добились.
Он наклонился вперед и легонько постучал по стеклянной перегородке за спиной шофера. Тот нажал на кнопку, и стекло опустилось.
— Я собираюсь посмотреть, как мы работаем, Марлон. Десять минут. Потом обратно в Лос-Анджелес.
Соболь подошел к прилавку.
— Привет-меня-зовут-Мэри, — сказала девушка за прилавком. — Что-будем-заказывать?
— Большой «громобой», двойной гарнир, без горчицы, — ответил он.
— Особый густой, с шоколадом и бананом.
Девушка нажала на несколько кнопок с рисунками. (Умение читать уже не требовалось при приеме на работу в эти рестораны. А вот умение улыбаться — требовалось). Потом она повернулась к толстяку у плиты.
— БГ, ДГ, без горчицы, — сказала она. — Шокобанан.
— У-угу-у, — протянул повар. Он быстро рассовал заказ по бумажным пакетикам и тряхнул головой, чтобы роскошный седеющий вихор не падал на глаза.
— Держи, крошка, — сказал он.
Она, не глядя на него, взяла поднос, и толстяк радостно повернулся к плите, мурлыча под нос что-то про голубые замшевые ботинки.
Эта мелодия, по мнению Соболя, не гармонировала с фоновой музыкой, звучащей во всех «Бургер-Лордах» — бесконечно повторяющейся фирменной мелодией из их рекламного ролика — и он мысленно взял себе на заметку, что толстяка надо уволить.
Привет-меня-зовут-Мэри выдала Соболю ЕДУ, сказала ему «спасибо» и, подняв руку, отчаянно выкрикнула:
Соболь нашел незанятый пластиковый столик, уселся на пластиковый стул и внимательно оглядел поднос.
Искусственная булочка. Искусственная котлета. Гарнир, которому была искусно придана форма ломтиков картофеля, никогда даже не лежал рядом с настоящей картошкой. Соусы не имели отношения к еде. А в гамбургере (что доставило Соболю особенное удовольствие) виднелся ломтик искусственного маринованного огурчика. Обследовать коктейль смысла не было. Питательной ценности он не имел, как и все коктейли, которые продавались у конкурентов.
Он огляделся вокруг. Процесс «питания» шел полным ходом. Посетители, если и не выказывали явного наслаждения, то, во всяком случае, ели не с бóльшим отвращением, чем в любом другом подобном заведении в любой точке земного шара.
Он встал, отнес «ЕДУ»® к баку под вывеской «Пожалуйста, будьте аккуратны, выбрасывая мусор» и ссыпал туда все, что было на подносе. Если бы ему напомнили, что в Африке голодают дети, он был бы польщен этим замечанием.
Кто-то потянул его за рукав.
