— Вы, часом, не Соболь? — спросил человечек в очках, форменной кепке «Интернешнл Экспресс» и с коричневым свертком в руках.
— Так и думал. Смотрю, вы стоите, с бородой, в хорошем костюме, таких не так уж много. Вам посылка, сэр.
Соболь расписался в квитанции настоящим именем: одним словом из пяти букв. Рифмуется с «молод».
— Спасибо большое, сэр, — сказал курьер и уже собрался уйти, но вдруг остановился. — Смотрите-ка, — сказал он. — Вон тот тип, за прилавком, — он вам никого не напоминает?
— Нет, — ответил Соболь.
Он дал курьеру на чай (пять долларов) и вскрыл пакет.
В нем были миниатюрные медные весы.
Соболь улыбнулся узкой, почти мгновенно исчезнувшей улыбкой.
— Как раз вовремя, — сказал он.
Он сунул весы в карман, не обращая внимания на складки, появившиеся на изящном узком пиджаке, и направился к машине.
— Назад в контору? — спросил водитель.
— В аэропорт, — ответил Соболь. — И позвоните им прямо сейчас. Мне нужен билет в Англию.
— Да, сэр. Билет в Англию, в оба конца.
Соболь нащупал весы в кармане.
— Пожалуй, в один конец, — сказал он. — Обратно я доберусь сам. Кстати, позвоните в контору, пусть отменят все встречи.
— На предсказуемое будущее.
А у плиты в «Бургер-Лорде» толстяк с роскошным вихром бросил еще полдюжины котлет на противень. Он был счастливее всех в мире и тихо напевал себе под нос.
— …танцевали под тюремный рок, — мурлыкал он.
Трое ЭТИХ с интересом слушали. Моросил мелкий дождичек, которому с трудом противостояли листы проржавевшего железа и потертого линолеума, служившие крышей их штабу в карьере. В такие дни они всегда полагались на Адама по части придумывания, чем бы заняться, пока идет дождь. И они не были разочарованы. Глаза Адама сверкали, полные нового знания.
Когда он ночью заснул под грудой «Нового Водолея», на часах уже давно было три.
— А еще был тип, которого звали Чарльз Форт, — продолжал Адам. — Он мог устроить дождь из рыб, и из лягушек, и еще из всякого.
— Ага, — заверил ее Адам и оживился, развивая тему. — И они скакали, и квакали, и все такое. И потом ему даже платили, чтобы он убрался, и… и…
Он запнулся, пытаясь вспомнить что-то такое, что сможет удовлетворить его аудиторию. По его меркам, он впитал за раз огромную кучу новых сведений.
— И он уплыл на «Марии Челесте» и основал Бермудский треугольник. Это в Бермуде, — добавил он, чтобы было понятно.
— Не мог он этого сделать, — серьезно заявил Уэнслидейл, — потому что я читал про «Марию Челесту», и там никого не было.
