Высшие маги могли прикидываться овечками до самого последнего момента, за которым взрывалась молниеносная атака.
Лилар тихонько ругнулась сквозь зубы, положила ладонь на плечо Хрийз, готовая в любой момент отбросить её себе за спину, в спасительный портал. Благодаря урокам Кота Твердича, Хрийз уже могла различать подобные заготовки переходов, маскировка их требовала значительных затрат силы, но, видно, Лилар оценивала себя совсем без короны: в драке со старшим послом ей не светило ничего хорошего.
— Доброго вам здравия, светлая княжна, — не оборачиваясь, сказал Рахсим.
— И вам, — отозвалась Хрийз.
Подумала немного, и села на прогретую солнцем каменную ступеньку. Сейчас сюда падала редкая тень от деревца, выросшего совсем рядом с лестницей. Деревце было сорным, не пойми какой породы, но кто-то из прежних хозяев Высокого замка оставил росток, и он прижился. Как-то переехал через войну и запустение, только остался тонким, корявеньким и слабым, даже двадцать лет мира не выправили его. Сейчас по серому стволику полз вверх синий вьюнок, доверчиво распахивая цветы-блюдца навстречу солнечному свету, а на макушке несколько веток распустились нежно-сиреневым цветом.
— Вы меня простите, пожалуйста, за вторжение, — продолжил между тем старший Рахсим, и Хрийз в изумлении вытаращилась на него — он сказал «простите»?! — Но я услышал от вас, что за Гранью встретили моего бывшего брата Даррегаша. Это важно. Иначе я бы не пришёл сюда, поверьте.
— Когда кто-то уходит в маги Опоры, семья, если у семьи остаются мозги, рвёт с ним всякую связь.
Не ново. Хрийз уже слышала, что происходит с теми, кто продолжает называть магов Опоры своей роднёй.
— В Рахсимодоле мозги остались, — кивнула девушка. — Жаль, что не полностью, иначе бы ваш племянник не повёл бы себя с такой вопиющей дерзостью.
— Мой племянник… — старший Рахсим покачал головой. — Он-то меня и тревожит. Вы расскажете о Даррегаше, ваша светлость?
— А вы без звука вернёте моего отца и всех наших пленных, — отрезала Хрийз. — Причём немедленно!
— Вам палец в рот не клади, — уважительно произнёс старший посол. — Но ваше требование невыполнимо… по крайней мере, до поединка.
Рахсим присел на корточки, чтобы не смотреть на собеседницу сверху вниз. Видно, такое положение его не очень-то устраивало. Преимущество в росте сводится к нулю, если нет преимущества в силе и правоте духа. Дух старшего посла явно метался в лютом смущении, какая там еще уверенность в собственной правоте.
