Автор
В книге "Дочь кукушки" Ольги Иконниковой мир магии подвластен только высшим статусам общества. Когда героине Вивьен десять лет, она узнает, что сама - не кровь родителей, а кукушка издалека прилетела и вынуждена скрывать свое происхождение. Война между магическими народами унесла их в кухню, где запахи и звуки готовки стали для сестер тайным от всего мира сообщником: они прячутся под маской простых крестьянок, не желая огласить свою тайну....
К тому же, я не хочу расставаться с ним ни на мгновение. И не пытайся меня переубедить. Я уже всё решила.
- Что ты решила? – я была не на шутку испугана. Я догадалась, о чём она говорит. – Ты хочешь с ним сбежать?
- Это не твое дело, - повторила сестра еще строже. – Но хочу тебя предупредить – если ты расскажешь об этом родителям, и они разлучат нас с Робером, моя смерть будет на твоей совести.
Она вышла из комнаты и потом на протяжении всего вечера не разговаривала со мной и даже не смотрела в мою сторону.
Я не знала, что делать. Нет, у меня не было намерения выдавать ее тайну родителям. Я понимала, что матушка предпримет в этом случае самые строгие меры, которые никому не пойдут на пользу. Но и позволить сестре совершить страшную ошибку я тоже не могла.
Может быть, если бы я была уверена в искренности чувств шевалье де Орсера, я отнеслась бы к этому спокойнее. Но что, если помыслы его были не так чисты, как полагала Вивьен?
Ночью я просыпалась несколько раз.
И успокоилась только тогда, когда поняла – я должна рассказать всё Артуру!
15. И снова о шевалье
На утренних занятиях я была растеряна и боялась, что Ви догадается о моих намерениях. Я всё еще боролась со своими сомнениями. Предам ли я сестру, если расскажу о ее тайне? Простит ли она меня когда-нибудь за это?
Я еще присматривалась к ней и шевалье де Орсеру, пытаясь понять, не намерены или они всё-таки проявить благоразумие? От этих тяжелых мыслей я не могла сосредоточиться на упражнениях, и они получались у меня куда хуже, чем обычно.
Я опять ушла с урока чуть раньше сестры и отправилась в ее комнату. Я была намерена еще раз серьезно с ней поговорить.
Первое, что бросилось мне в глаза в ее будуаре – это отсутствие украшений на трюмо. Она всегда оставляла свои серьги и браслеты на полочке у зеркала.
И ее любимый томик стихов не лежал на прикроватном столике.
Я заглянула за ширму в углу комнаты. Там стоял небольшой саквояж. Я долго не решалась его открыть, но всё-таки сделала это.
В нём лежали и шкатулка с драгоценностями, и книга, и несколько шелковых сорочек, и простого покроя льняное платье. Вивьен готовилась к побегу!
Это открытие так подействовало на меня, что я без сил опустилась на стоявший у окна стул.
