В дочери своего врага ждала Лигейя - тихий городок среди вековых деревьев. Юноша, прибывший недавно из далекого мира, ощущал себя чужаком даже здесь. Теперь он наслаждался чувством мести после долгих усилий, но сомнений в себе не покидало - здесь было сыто горьким сплетением и сладостью победы....
— Ну, а теперь иди ко мне, сладенькая поломойка! — выдохнул он, потрясая членом, и ринулся ко мне. — Сейчас ты захлебнёшься тридцатью футами наслаждения!
Однако случайно задел локтём Криско, а тот вдруг поймал его за руку и притянул к себе, глядя так, как будто впервые его увидел.
— Я хочу тебя, — коротко сказал Борис, отчего Свиней испуганно попятился.
Зелье, принятое Криско, действовало таким образом, что он испытывал неконтролируемое сексуальное желание к тому, кто первый его коснется. Хемиш попытался вынырнуть из железных объятий лучшего друга, но тот был выше и сильнее.
И, может быть, Ллойд Темптон пришел товарищам на помощь, но у его пастилки был, пожалуй, самый интересный эффект.
— Ну, приветики, хозяин! Не пора ли нам с тобой посетить пару мокрых щелочек?
Глаза несчастного парня полезли на лоб.
— А как насчет грудей твоей тетки Аспазии? — продолжил оживший член. — Ты же всегда хотел ее трахнуть между сисек, и до сих пор об этом мечтаешь!
Ллойд коротко взвизгнул и грохнулся в обморок.
А я решила, что мне здесь больше делать нечего и потихоньку направилась к двери.
— Ты… сука! — с трудом вымолвил Свиней мне в спину. — Ты… О! Ответишь нам за эти… аааа, боги! За свои проклятые пастилкиии!
На последнем слове он закатил глаза, разразился протяжным стоном и обильно кончил Борису Криско прямо в рот.
С чувством исполненного долга я выскользнула за дверь. Возможно, я поступила с лордами слишком жестоко, но, по-моему, они того заслуживали.
Следующий день был выходной. Я встала очень рано, пока вся академия еще спала, и тенью выскользнула за ограду.
Это был грандиозный ансамбль, мощный величественный фасад которого разделен по вертикали на три части, а по горизонтали на три глубоких портала, над которыми шла аркада со статуями, изображающими весь пантеон наших богов.
В нефе, исполненном в форме огромного овала, не было настенной живописи, как у нас.
