Автор
Даша не может прижать свою малышку к сердцу: незнакомые люди в квартире создают панику и устраивают скандал. Она твердо стоит за своим ребенком, но женщина из опеки уверена, что имеет претензии. В воздухе чувствуется напряжение, а дочь начинает задыхаться от страха.
Меня самого потряхивает, когда Даша окончательно проваливается куда-то в черный омут и сама льнет ко мне, царапая плечи и задыхаясь, стоит поцелуями опуститься на открытую тонкую шейку.
— Разбойница, — шепчу ей на ухо и прикусываю мочку, когда коготки проезжают между лопаток.
Хотя надо отдать мне должное, я сам увлекся с ней и оставил над ключицами несколько синевато-фиолетовых пятен.
Ладно, пару царапин на память я заслужил.
Даша трясется в моих руках. Подозреваю, ее сейчас разрывают противоречия, потому что я начал трогать ее смелее.
На первых порах она опять превращается в застенчивую девочку и старается прикрыться, но уже через пару минут настойчивых ласк расслабляется под моими руками и губами. Отпускает себя, чтобы я мог сделать ей хорошо.
— Антон… Тош… — бормочет сквозь всхлипы, обвивает меня ногами, когда мы оба уже практически не можем терпеть.
— Повтори, — настойчиво рычу ей в губы, захватываю стройную ножку под коленом, чтобы зафиксировать.
— Тош, пожалуйста… — хнычет, уже увереннее обнимая меня за шею. Не отпускает, когда я пытаюсь отстраниться, чтобы дать возможность своим глазам затолкать в память эту картинку.
Теплая, нежная, трепещущая. Даша просто нереально красивая, когда поддается своим желаниям. Раскрывается для меня, стонет, уткнувшись мне в шею, щекоча ее своим прерывистым дыханием, которое разбавляют частые всхлипы.
Она изнывает в моих руках, вьется змеей, каждая реакция с усилением напора становится все громче.
Ускоряюсь, вдавливая Дашку в постель своим весом. Мне нравится, что она такая мягкая и отзывчивая. Пищит что-то с закрытыми глазами, откидывает голову, тянет на затылке мои волосы, успев вплести в них пальчики.
Ей хорошо, как и мне. Все повторяется с новой силой, когда Даша, совсем уже сонная после двух раз, поворачивается боком и ловит мою руку, которую я кладу на ее подрагивающий живот."
"Не могу насытиться. Снова беру ее, целую, сжимаю, заставляю стонать так, что приходится зажать ей рот ладонью.
Она выключается в конце. Будто что-то щелкает в ее голове, и свет меркнет. Секунду назад она бормотала что-то бессвязное, а в следующую ее глаза уже закрыты.
Натягиваю одеяло до кончика ее носа, чтобы скрыть все соблазны для себя. Сам я еще долго рассматриваю потолок, лежа на спине рядом с ней.
Дашка будет жалеть утром обо всем. Я вообще не удивлюсь, если ее психика подкинет сюрприз в виде стертых воспоминаний об этой ночи. Но я ни капли не раскаиваюсь.
