Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дочь палача и театр смерти»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Оливер Пётч Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты просто оказалась не в том месте и не в то время.
Бочка покатилась быстрее. Магдалена пыталась кричать, несмотря на кляп.
– Чудная самоубийца из тебя выйдет, – добавил тиролец. – А теперь помолись напоследок.
Стук по доскам резко оборвался. Время, казалось, замерло. Магдалена парила словно во сне. Рев течения становился все ближе.
Затем бочка с жутким треском ударилась о воду.
Удар последовал до того внезапно, что у Магдалены перехватило дыхание. В следующий миг бочка начала вращаться, словно попала в центр водоворота. Рев был таким, что закладывало уши. Что-то стукнуло, бочка столкнулась с бревном или камнем, потом шум стал приглушенным.
«Я под водой! – пронеслось в голове у Магдалены. – Бочка тонет!»
Но в следующую секунду ее снова вытолкнуло на поверхность. Волны плескались по стенкам, и, тихо покачиваясь, плавучий гроб набирал ход.
При ударе о воду у Магдалены, по крайней мере, чуть выскользнул изо рта кляп. Теперь она могла нормально дышать и звать на помощь. Но после нескольких отчаянных попыток сдалась. От кого ей ждать помощи? Снаружи стояла глубокая ночь. Даже если и был кто-то на крутом берегу, как ее вызволит из бурного потока? В оттепель Аммер превращался в ревущего монстра.
К своему ужасу, Магдалена заметила, что бочка стала понемногу наполняться водой. Доски, по всей видимости, были слишком старые и держались неплотно. Вскоре бочка наполнится доверху, и Магдалена захлебнется, как котенок в мешке.
Холодная темная вода сочилась сквозь щели, хлюпала и вскоре уже доходила до бедер. Всякий раз, когда бочка переворачивалась на волнах, Магдалена кашляла, отплевывалась и пыталась вдохнуть. Каждый вдох мог теперь стать последним.
Женщина колотила по стенкам, но те не поддавались. Доски были хоть и старые, но держались крепко. Бочка вновь перевернулась, в этот раз Магдалена наглоталась воды и закашлялась. Она в отчаянии задирала голову, но вода поднималась все выше. Когда ее накрыло с головой, дочь палача закрыла глаза, словно желала перенестись подальше отсюда, в безопасное место.
Бочка налетела на очередной камень. Раздался треск, доски распались, и Магдалену захлестнуло темной, холодной волной.
И Аммер поглотил свою жертву.
С мотком веревки в руках Себастьян Зайлер стоял перед Творцом и молил о прощении. Но Господь молчал.
Себастьян со стоном упал на колени перед главным алтарем в часовне Крови Господней. Над ним висела дароносица, в которой содержалась кровь самого Христа – реликвия до того могущественная, что он буквально чувствовал ее силу. Но даже кровь Господня уже не могла ему помочь.
В отчаянии он полдня бродил по долине в поисках выхода, избавления. Вечером, остановившись перед церквушкой на окраине Унтераммергау, вдруг понял, что должен сделать.
