Якоб Куизль, палач из Шонгау, и его дочь Магдалена вовлечены в тайну репетиции Страстей Христовых в Обераммергау. Во время этих событий происходят необъяснимые смерти актеров, что вызывает подозрения в злом вмешательстве. Они стремятся выяснить истинные причины произошедшего.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дочь палача и театр смерти»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Оливер Пётч Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки книг книжные серии
Рядом лежал древний кожаный башмак и останки кожаного колпака, до того ломкие, что распадались, стоило к ним лишь притронуться. Порывшись немного, Якоб вновь наткнулся на ржавую кирку с обломанным черенком.
«Старая шахта, – подумал палач. – Но она заброшена, наверное, сотню лет назад. Так кто же там стучит? Явно не призрак. Или все-таки?..»
Он повернул налево, и стук усилился. Теперь Якобу казалось, что к первому звуку добавился еще один, исходящий из самых недр. Или это лишь эхо первого звука? Казалось, гора целиком исполнена этого шума, словно колотилось огромное каменное сердце.
Куизль обошел очередной изгиб и замер на месте. На полу перед ним, всего в нескольких шагах, кто-то сидел, освещенный фонарем, закрепленным в стене. В первую секунду палач до того растерялся, что не знал даже, как ему быть.
Перед Якобом был кто-то маленький, немногим крупнее ребенка. На нем была кожаная куртка, на голове – кожаный колпак, заостренный кверху. Он сидел спиной к палачу и монотонно колотил киркой по камню. Рядом стояла деревянная кадка, наполненная камнями, которые странно переливались в свете фонаря.
«Венецианец! – пронеслось в голове у Куизля. – Так неужели это правда, или я сплю?»
Палач осторожно приблизился и медленно протянул руку, словно опасался, что стоит его коснуться, и человечек просто растворится в воздухе. Но тот, похоже, не слышал его и продолжал молотить по камню. Когда Якоб почти дотянулся до него, карлик словно почувствовал его присутствие. Рука с киркой замерла в воздухе, и он обернулся.
И Куизль увидел перед собой ребенка.
Бледного, усталого ребенка. Он в ужасе смотрел на палача, словно перед ним был призрак. Затем выронил кирку и громко вскрикнул.
– Тс-с! – Куизль прижал палец к губам.
Он оправился от первого потрясения. Перед ним был никакой не карлик, а человек из плоти и крови! Мальчик лет десяти. Золотистые волосы выглядывали из-под кожаного колпака.
«Здесь трудятся дети, а не карлики! Лишь дети достаточно малы, чтобы пролезть по этим проходам. Кто же принуждает их к этому?»
– Не пугайся, я здесь, чтобы… – начал Куизль.
Но мальчик снова вскрикнул и отпрянул, затем прижался к стене и закрылся руками. До палача неожиданно дошло, какое он, должно быть, произвел впечатление. Внушительного роста тип в мокром и черном плаще, с фонарем в одной руке и дубинкой – в другой. Жуткой наружности детина, которого мальчик еще ни разу не встречал в этих заброшенных штольнях.
– Не надо бояться меня, – успокоил его Куизль.
