Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
— Солнышко, ты хочешь проткнуть маме зрачок?
— Да!
— Вот и я о том же…
Изучать мое лицо для Стеши занятнее любой игры.
Малышка вроде успокоилась и перестала хныкать. Мне приходится отнести Стефанию в колыбель, потому что с ней серьезного разговора не получится. Чтобы отвлечь, сую старый пульт от телевизора. К нормальным погремушкам дочь равнодушна.
В кухне я хватаю телефон и набираю номер подруги Веры.
Еще пару лет назад я и представить не могла, что когда-нибудь мне понабиться ее помощь, а теперь никак не свыкнусь с мыслью, что Стефания родилась от неизведанного мужчины.
Не сразу мне удается дозвониться, пока слушаю длинные гудки, ковыряю ногтем пятнышко нагара на плите.
— Романова, я занята! — вопит подруга.
— Нет, ситуация срочная! — останавливаю ее. — Мне нужно сделать еще один тест. Материал Олега у меня есть. Только, пожалуйста, определи отцовство лично… без всяких Самсоновых.
Вера тяжко вздыхает в динамик, парируя тем, что специалисты как под расческу все квалифицированные, а их лаборатория оснащена современным аппаратами и препаратами, названия которых звучат для меня словно на тайном языке Масонов.
Потому что я знаю — раз в год и палка стреляет. Никто не застрахован от ошибок. Я хочу сделать повторный анализ не для того чтобы вернуться к мужу. Я хочу скомкать положительное заключение и кинуть его Золотову в лицо!
— А вдруг твои коллеги неправильно расшифровали генетический код Олега? Не забывай, Золотов бизнесмен и говнюк! Финты у него заложены в хромосомах!
Настаиваю на своем.
— Даже по дружбе мне не удастся провести экспертизу бесплатно. Да и лаборатория сейчас загружена… понадобится время. Неделя как минимум.
— Деньги есть, и подождать готова, все равно судебная тяжба затянется…
Нехотя, но Вера соглашается. Я же прощаюсь с норковой шубой в мыслях. В действиях нахожу чистый пакетик, складываю в него окровавленные осколки, достаю коробку прячу в нее материал и ставлю в холодильник для надежности.
«Анастасия Евгеньевна, мне нужны ксерокопии всех документов на Стефанию. Чем раньше тем лучше.»
Ох, я прям и вижу, как Марк Яковлевич строчит послание с невозмутимым лицом, таким, что мускул не дрогнет. Ни одного смайлика не поставил или скупой скобочки.
«Я поняла вас, Марк Яковлевич. Спасибо, что защитили!)))»
Ответа на сообщение я не получаю.
