Анастасия, решительно настаивающая на своей праве остаться, оказывается перед лицом главного директора влиятельного архитектурного холдинга. Сцена запечатлена в ее памяти как тревожная и полная напряжения — стены офиса гнетут, а взгляды соперничают на фоне угрюмого бука посреди просторной комнаты....
Когда в соседней комнате голосит и стонет непонятная личность!
Вся как на иголках отодвигаю высокий барный стул, карабкаюсь, умещаюсь за стойку. Лютольф как ни в чем не бывало включает чайник. Я верчусь по сторонам, и на радость, нахожу зарядный шнур, валяющийся рядом на стойке.
— Можно воспользоваться?
Не дожидаясь ответа, соскакиваю, подключаю свой телефончик к зарядке. Марк заваривает ароматный напиток вроде с лимоном и ставит кружку.
— Сладкого в доме не держу, но могу заказать доставку.
— И так толстая… — тихонечко бормочу, пытаюсь включить трубку, но телефон требует пары минут покоя.
— Тебя что-то смущает?
А то Марк не понимает.
— Да. Охи-вздохи из вашей спальни полагаю.
Сидя на корточках возле розетки, поглядываю на Марка с недоверием. Лютольф искренне тянет улыбку, становится рядом со мной, подает руку.
— Идем, познакомимся.
Что мы имеем. Здоровенного мужчину в халате, судя по рельефу без трусов. Непонятную дамочку с противным визгом, занимающуюся черт знает чем. Надеюсь, в одиночестве, если нет, то это еще хуже…
Сомнительный стимул для знакомства и было бы гораздо лучше мне забыть этот вечер как страшный сон!
— Изво-о-ольте отказаться, Марк Яковлевич! — хмуро сдвигаю брови, пытаюсь отмахнуться от рук адвоката.
— Между нами возникало недопонимание."
"Насильно поднимает меня на ноги, дотрагивается плеч, ведет в комнату. Мне хочется зажмуриться, когда Лютольф толкает передо мной дверь, но чисто на инстинктах сохранения метаюсь взглядом по комнате. Никаких извращенцев не вижу…
Марк победоносно огибает меня со стороны, прячет руки за спину и останавливается напротив.
— Может, встретим вместе рассвет, крошка?
Пару раз ошарашенно хлопаю глазами, оборачиваюсь на звук. Удивленно туплю, недолго совсем, а потом осторожно крадусь к клетке.
— Прелесть какая, — искренне восхищаюсь, забывая обо всех рамках приличия.
— Это Алекс, в природе Африканский жако.
— Серенький! — пуще Стефании повизгиваю, — а хвостик красный! Попугай, настоящий!
Вероятно, моя непосредственность трогает Марка.
— Принесу чай сюда, — довольно уходит.
Я же, завороженная диковинной птичкой никак не отлипну от клетки.
— Скажи, Алекс, скажи Настюха красавица, Настюха умница. — Увлеченно общаюсь, просовываю палец между прутьев. — Ай!
Но Алекс сегодня не такой любезный, как его хозяин.
