В зале Академии кипит атмосфера: кадеты в полном составе, готовые броситься в драку, устремленные на первый зачетный поединок желторотиков. Отделение старшекурсников присматривает за новичками с высоты своей опыта. В центре событий – комиссия судей, готовая начать турнир. Все внимание сосредоточено на том, кто выиграет и станет героем дня....
Похоже, «Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И на долю секунды эта идея показалась соблазнительной – одним махом избавить мир от первостатейного мерзавца, и плевать, что я останусь без противоядия: моя жизнь – не такая уж большая плата.
Вот только отец никогда не напал бы на безоружного. Если я так поступлю – я опущусь на один уровень с ним. К тому же этот гад – отец Веелы. Я бы отдала что угодно за одну возможность еще раз обнять отца. Так какое я имею право забирать отца у Вель?
– Посторонитесь! И не мешайте! – крикнула я.
Я кружила вокруг гримса. Краем глаза заметила, как князь поспешно сошел с арены и снова устроился в первом ряду.
«Кровь… Мне нужна его кровь…» – мысленно повторяла я, обходя по широкой дуге тварь Изнанки, пугающе похожую на живого человека.
Из учебника бестиария я знала, как гримс выглядит на самом деле: за человеческим обликом скрывалось веретенообразное тело с круглым ртом, как у пиявки, полным мелких острых зубов. По бокам туловища множество лапок, как у многоножки, с одним отличием: каждая заканчивалась когтем. Но пока гримс чувствует мою неуверенность, он ни за что не явит свой истинный облик.
– Получай! – завопила я.
Я метилась в щеку, собираясь ранить бестию, а не убить. Убивать пока нельзя: не проверю дары – князь не успокоится, притащит новую тварь, хуже прежней.
Острие прочертило на щеке Вальтера тонкую полоску, струйка черной крови поползла по скуле и подбородку. Вальтер зашипел, во рту мелькнули игольчатые зубы.
Кровь я ему пустила, но как добраться, чтобы попробовать? Он меня не подпустит. Или… Опасная идея мелькнула, как вспышка.
Я поглядела на свое предплечье, защищенное щитом-наручем. На острие стика без яда. Морщась, полоснула лезвием по ладони, увидела, как гримс замер, принюхиваясь: человеческая кровь всегда действовала на бестий одуряюще, они теряли всякую осторожность.
– Хоро-оший мальчик, – протянула я, отводя раненую руку в сторону, помахивая ею, как красной тряпкой перед мордой быка. – Иди. Попробуй.
Моя безрассудная идея заключалась в том, чтобы попробовать кровь гримса в тот момент, когда он присосется к моей руке.
Гримс сгорбился, синие глаза Вальтера превратились в провалы, заполненные чернотой. Белокурые волосы облепили череп, будто черви. Тварь теряла контроль над обликом. Тем лучше – проще расправиться.
Он издал душераздирающий скрип, похожий на звук, который издает стекло, если провести по нему гвоздем, и бросился ко мне.
