В Дочери скорпиона, ты не знаешь, в какую минуту всё изменится — когда лунка в расплавленном воске станет слишком глубокой для свечи и она потухнет, оставляя за собой тонкий дым. Старый маг, забытый книжкой под выцветшим фолиантом, не видит даже рассвета, который приходит после долгой ночи....
Только пылающий огонь от огромного камина ярко освещал пространство вокруг себя.
— Ваше Величество, доброе утро... — я нерешительно подошла к Дракону. Он сидел, свободно развалившись в высоком кресле. Камзол небрежно отброшен в сторону. Золотые когти сжимают ножку кубка.
«Ух ты, он что — пьёт с утра? Или всю ночь?»
— Чего ты хочешь, крошка? — лениво вопросил ящер. Судя по царившей в зале тишине все Быки или ходят на цыпочках или летают, не смея беспокоить короля.
И вот появляется дочь Скорпиона.
Я вздохнула.
— Хочу вас кое о чём попросить.
— Вздыхаешь, напряглась, — равнодушно прокомментировал король. — Просьба, похоже, непростая. Выпьешь?
Кто-то опять включил проницательность и от этого не легче.
— Можно, — согласилась я.
Его Величество щёлкнул пальцами, материализовав второй золотой кубок под моим удивлённым взглядом, и, дотянувшись, до кувшина, плеснул в кубок бордовый напиток. Протянул мне, жестом указав на соседнее кресло.
Кубок тяжел и его пришлось держать обеими руками. Я села на краешек кресла и осторожно отпила.
— Ваше Величество, прошу вас помиловать Таора, — храбро произнесла я, держась за ножку кубка как за спасательный круг.
И принялась покорно ждать вспышку ярости.
Король сделал эффектную паузу. Я зажмурилась, мысленно пересчитывая аргументы. Было слышно, как в камине нетерпеливо потрескивает огонь и угрожающе подвывает ветер в трубе.
— Хорошо, — без воодушевления произнёс Дракон и выпил.
Я открыла глаза и недоумённо повернула голову на него.
— «Хорошо»?! А где гнев, злость, недовольство? — необдуманно перечислила я. — Где это всё?
«Вообще-то я речь приготовила!»
Король всё так же сидел, флегматично вытянув ноги, демонстрируя мне хищный точёный профиль. Носок сапога мерно постукивал об пол.
— Я недоволен и зол, девочка, — ровно произнёс Дракон. — Очень хотел бы лично вырвать ему горло. Но тебе кажется, что это наказание больше его преступления. Ты мучаешься угрызениями совести, и допускаешь мысль, что в его смерти будет твоя вина.
"Великолепен, как всегда. Я бросила мимолётный взгляд на надменно изогнутые губы и порозовела, вспомнив ночной поцелуй.
