Герцог Ганс фон дер Вельф был частью древнего аристократического рода, разделенной во времени и пространстве на две линии. Два века спустя, Карл фон дер Вельф, прадед автора, получил поместье в наследство от умирающего клана России и переехал с молодой женой. По семейным преданиям, они жили счастливо, но это временно — их жизнь была испорчена внезапной трагической случайностью....
Огромные напольные часы (их тут тоже было в достатке — напольных, настенных, каминных) мелодично пропели три часа, что означало — пора на обед.
Матушки, я даже не ожидала застать там такую толпу народу. Хотя, чему я удивляюсь?..
*Граф Алексе́й Серге́евич Ува́ров (1824–1884) — русский археолог, член-корреспондент, почётный член Петербургской Академии наук, коллекционер, благотворитель. Один из основателей Санкт-Петербургского археологическо-нумизматического общества (будущего Императорского Русского Археологического общества).
**Дворянская родословная книга — документ, оформляющий привилегии дворянской части населения каждой губернии Российской империи. Составлять и вести такую книгу, в которую были вписаны все дворянские роды данной губернии, было предписано в «Жалованной Грамоте», данной Екатериной II Российскому дворянству 21 апреля 1785 года.
5-я часть — титулами отличённые роды, то есть такие, которые имеют «… наследственно или по соизволению коронованной главы название или княжеское, или графское, или баронское, или иное».
26
Спустившись в столовую и заняв обозначенное мне место, я потихоньку неназойливо разглядывала присутствующих людей. А их здесь было немало. Хорошо, на меня почти не обращали внимания — все были заняты разговорами с привычными собеседниками.
Кроме графа и графини за столом находились девочки, за которыми как-то прям ревностно ухаживала Серафима Григорьевна, демонстративно избегая смотреть на меня.
Ну да ничего, поди найду способ наладить общий язык. Тем более, что её помощь может оказаться незаменимой.
Далее, к обеду, как оказалось в графский дом приехали соседи — всем семейством. И это было здесь делом совершенно обычным.
Кроме того, напротив меня с желчным лицом и прямой спиной сидела чопорного вида пожилая тётка, периодически делавшая замечания непоседливой Лизоньке, чем вызывала бурю негодования в глазах Серафимы. Это оказалась одинокая обнищавшая двоюродная тётушка хозяйки дома, находящаяся здесь на положении приживалки.
