Герцог Ганс фон дер Вельф был частью древнего аристократического рода, разделенной во времени и пространстве на две линии. Два века спустя, Карл фон дер Вельф, прадед автора, получил поместье в наследство от умирающего клана России и переехал с молодой женой. По семейным преданиям, они жили счастливо, но это временно — их жизнь была испорчена внезапной трагической случайностью....
На освободившемся же месте активно развивался сад с ухоженными тропинками, уютными беседками, статуями, величественными ротондами*** и прочими ""понтами"" богатого поместья.
Самым неприятным из привилегированной части прислуги оказался дворецкий, стоявший во главе дворовых. Это был зловредный пожилой человек, обязанный следить за порядком в доме, за подачей блюд при обеде. Здесь его на французский манер называли мажордомом. Его полномочия на меня не распространялись — поэтому, я не очень-то задумывалась, какой там у него характер.
Зато повар был просто душка и прелесть. Совершенно обрусевший француз лет тридцатипяти с гламурными усиками и лукаво-масляными глазами. Хохотун и великий охотник до дамского пола, впрочем, совершенно безобидный. Сосудистый, от чего слегка сизоватый нос выдавал в нём любителя горячительных напитков. И, понятное дело, давно съехав с традиционных французских напитков, он прекрасным образом освоился с отменным русским самогоном, который здесь, по закону жанра, гнала ключница.
А вот наследничек — тихая скотина — был, наверное, единственным здесь человеком, по-настоящему досаждавшим мне. Где-то в его организме, видать, стенал безутешный юношеский гормон. Видите ли, на серию липких намёков я ответила ему прямым насмешливым взглядом, способным погасить разыгравшееся либидо. За что ""юноша бледный со взором горящим"" заточил на меня зуб.
Открыто домогаться не смел — за такое, думаю, отец-граф быстро натянул бы ему уши на известное место.
Так и тянулось лето, накапливая во мне раздражение от собственного зависимого положения в этом мире.
Однако, вскоре произошло событие, заставившее меня шустрее шевелить извилинами. И случилось всё, конечно же, по вине заразы-наследничка.
*Подзор, подзора. — Оборка, кружевная кайма, спускающаяся под чем-нибудь (устар.).
