Герцог Ганс фон дер Вельф был частью древнего аристократического рода, разделенной во времени и пространстве на две линии. Два века спустя, Карл фон дер Вельф, прадед автора, получил поместье в наследство от умирающего клана России и переехал с молодой женой. По семейным преданиям, они жили счастливо, но это временно — их жизнь была испорчена внезапной трагической случайностью....
"
"— Институт? — уловила я слово — ""якорь"", и память моментально с головой окунула в последние секунды ""нормальной"" жизни. — Зеркало… морок… коридор… Я его где-то точно видела… Точно! Коридор института благородных девиц! В статье про выпускниц с этими… знаменитыми портретами!
— Уразумейте уже, мадемуазель, что из-за такой излишней стыдливости вы были на краю могилы!.. — где-то на пределе слышимости бубанил бородатый профессор.
— Зеркало! Неужели зеркало? — пульс набатом стучал в висках.
Как бы нелепо не звучала догадка — я была ей рада.
— Это что, выходит, провалилась во времени? Бред какой… сказочный… А других-то вариантов и нет. - я мысленно развела руками, — Так, надо срочно во всём разбираться. Болит ещё всё, как назло. — поморщилась я, — Что же тут вообще произошло?.. Эх, мне бы сейчас кого-нибудь поболтливее в помощники. А ещё лучше в союзники. Только что-то очереди из претендентов на эту роль никак не наблюдается… Боже! Какая же дурь вот это вот всё!
***
— Мадемуазель фон Вельф, — вы готовы принять посетительницу? — возвращая мне слух и ощущение реальности, от дверей спрашивала… думаю, это была медсестра.
""Консилиум"" всем составом, как обнаружилось, уже куда-то удалился. Чего я, погружённая в собственные открытия, даже не заметила.
Судя по проскальзывающим в интонациях ноткам недоумения, этот вопрос медсестра задавала не в первый раз.
— Мадемуазель Алиса! Профессор разрешил вам одно посещение. Как вы себя чувствуете? Приглашать? — не унималась она.
— Кто там? — неуверенно уточнила я.
— Мадемуазель Софья Прокофьева.
— Зови…те. — поспешно согласно кивнула я.
Бог его знает, кто та Прокофьева, но то, что хоть кто-нибудь проявил здесь ко мне не медицинский интерес — уже подарок судьбы. Особенно, учитывая моё лежачее положение. Чую, не скоро ещё этот профессор меня отсюда выпустит, а валяться в практически полном неведении — с ума сойдёшь.
В комнату почти на цыпочках вошла молодая девушка где-то моего же возраста. Замерев на секунду на пороге, она сцепила пальцы опущенных вниз рук, закусила пухлую нижнюю губу и осторожно вытянула в мою сторону шею.
Это была тоненькая миловидная блондинка. Светлые волосы её были аскетично расчёсаны на прямой пробор и заплетены в тугую косу, перевязанную узкой коричневой лентой.
