С тех пор как попала в ковидный госпиталь, она начала понимать масштабы собственного одиночества и беспомощности. Однако сейчас она чувствует себя еще хуже — словно на крыше скорого поезда без управления, не имеющая ни малейшей возможности что-либо изменить в предстоящей опасности....
Разрушить жизнь своей имеющейся семьи и удочерить Настю, которая будет вам в тягость, а не в радость, – это большой риск. И главное в этой ситуации – по истечении срока гостевого периода найти силы признаться, что ваше решение – «нет».
– И как это объяснить малышке после того, как она проживет у нас эти три месяца? – глотая слезы, спросила Натка.
– Это тяжело, но необходимо. Главное, с первых дней не говорите Насте, что вы ее родители, ничего ей не обещайте. Она приехала в гости, и она у вас в гостях.
– Я не представляю, как через это пройти, – тихо сказала Натка.
– Поэтому подумай обо всем хорошенько еще раз. Собери всю имеющуюся информацию, прими решение с холодной головой и представь, сможешь ли ты пройти через все то, что я тебе только что описала. Я знаю, что сейчас причинила тебе много боли, но лучше потерпеть ее сейчас, чем потом, когда она будет в сто раз сильнее, и испытывать ее будешь не только ты, но и тот маленький человечек, за которого ты возьмешься отвечать.
Попрощавшись с Плевакиной, Натка уныло поехала домой, прокручивая в голове тяжелый разговор.
* * *Димин телефон оказался выключен.
"«Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа», – второй раз любезно сообщил мне механический женский голос. Что ж, ситуацию с тоннелем смело можно было вычеркивать.
